СОВЕРШЕНСТОВАНИЕ УСЛОВИЙ ПРИМЕНЕНИЯ ОСОБОГО ПОРЯДКА ПРИНЯТИЯ СУДЕБНОГО РЕШЕНИЯ ПРИ СОГЛАСИИ ОБВИНЯЕМОГО С ПРЕДЪЯВЛЕННЫМ ОБВИНЕНИЕМ

Особый порядок судебного разбирательства, предусмотренный главой 40 УПК РФ, был введен в уголовно-процессуальное законодательство страны в 2002 году, и рассматривался изначально как средство осуществления процессуальной экономии при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, не представляющих повышенной общественной опасности. Однако, спустя некоторое время были внесены изменения в ч. 1. ст. 314 УПК РФ, в результате которых сфера действия особого порядка судебного разбирательства распространилась на уголовные дела о тяжких преступлениях, а формулировка статьи 314 УПК РФ стала предусматривать возможность его проведения по уголовным делам о преступлениях, наказание за совершение которых, предусмотренное УК РФ не превышает 10 лет лишения свободы [3].

Вместе с тем, начиная с 2018 г. со стороны ряда государственных органов, таких Верховный Суд РФ, Генеральная Прокуратура, а также научного сообщества, озвучиваются предложения исключить из сферы применения данного порядка уголовные дела о тяжких преступлениях. Потребность внесения таких изменений видится обоснованной и может быть объяснена рядом факторов.

Наибольшую распространённость имеет объяснение негативного состояния современного особого порядка судебного разбирательства, связанное со статистическими данными, свидетельствующими о том, что в последние 2-3 года большое количество уголовных дел рассматривается по правилам главы 40 УПК РФ. В частности, речь идет о том, что в период с 2007 по 2018 гг. в данном порядке было рассмотрено 73, 7 % от общего числа уголовных дел [6, С. 94]. Необходимо отметить, что несмотря на указанные статистические данные, данная причина не должна быть определяющей в обосновании необходимости рассмотрения уголовных дел в особом порядке о преступлениях небольшой и средней тяжести; ее следует рассматривать в совокупности с иными. Во-первых, статистическая информация в зависимости от конкретного года может изменяться в сторону понижения или, наоборот, в сторону повышения; она динамична. Так по данным судебной статистики Судебного департамента при ВС РФ в 2017 году в РФ в особом порядке принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением было рассмотрено около 61, 2 % уголовных дел, в 2018 году – 68, 2 %; в 2019 году данный показатель был на уровне 62, 4 % [7]. Во-вторых, ни один нормативный-правовой акт не содержит указания на то, какой объем рассмотрения уголовных дел в особом порядке является допустимым, а какой – отхождением от нормы.

Тяжкие преступления в своем большинстве отличаются сложностью. Она имеет место быть при производстве предварительного расследования и обусловлена самим механизмом совершения преступления, характером действий преступника, их количественной характеристикой. Нередко, данные преступления отличаются особо сложным способом совершения и способом сокрытия. При их совершении могут использоваться технические средства, с помощью которых само преступное деяние становиться латентным, способ его совершения отличается изощренностью, следы преступления сведены к минимуму. В качестве примеров можно привести такие составы преступления, как «Неправомерный оборот средств платежей – ст. 187 УК РФ», «Преднамеренное банкротство – ст. 196 УК РФ», «Фиктивное банкротство - ст. 197 УК РФ». Поэтому в целях назначения лицу справедливого наказания, а также установления «полной картины» всего преступления, преступных связей, механизма его совершения по таким категориям дел необходимо проводить полноценное «судебное следствие» с помощью непосредственного исследования доказательств в суде, что невозможно осуществить в особом порядке судебного разбирательства.

Как правило, на совершение лицом тяжкого преступления указывает наличие квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков. Данные признаки закрепляются в ч. 2, 3 конкретной статьи Особенной части Уголовного Кодекса РФ и т.д. Многие из них носят оценочный характер: «с причинением значительного ущерба гражданину», «с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия», «повлекли тяжкие последствия или создали угрозу их наступления», «совершенное из корыстной заинтересованности». Данные признаки влияют на квалификацию деяния, которая изначально дается органами предварительного расследования. Однако, не стоить забывать, что окончательная квалификация деяния дается судом и отражается в обвинительном приговоре. Кроме того, квалифицирующие признаки влияют и на меру наказания для лица, а поэтому в целях устранения возможных ситуаций, связанных с осуждением лица на основе необоснованно завышенного объема обвинения или наоборот его мягкости, наличие или отсутствие данных признаков должно быть всесторонне исследовано судом первой инстанции в целях постановления законного и обоснованного приговора и назначения лицу наказания, соразмерно отвечающему характеру и степени общественной опасности совершенного им деяния. Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел» по итогам проведения данного порядка возможно принятие судебных решений, касающихся изменения квалификации деяния [5]. Однако, как показывает судебная практика – затруднительно изменить квалификацию деяния в особом порядке судебного разбирательства без исследования доказательств, особенно в тех случаях, когда речь идет об квалифицирующих оценочных признаках (причинение значительного ущерба гражданину).

В уголовно-процессуальном законодательстве фигурирует такое понятие, как «тяжесть» преступления. В научной литературе, в частности в работе А. Г. Кулева и Л. О. Кулевой высказано мнение, что тяжесть преступления обуславливается его принадлежностью к той или иной категории и по результатам анализа уголовно-правовых и уголовно-процессуальных норм приводится положение, что понятие «категория» преступления и «тяжесть» преступления представляют собой ничто иное, как синонимы, которые совпадают по объему [8, С. 3]. Почему необходимо понизить сферу применения особого порядка принятия судебного решении при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением до рассмотрения уголовных дел о преступлениях небольшой и средней тяжести, а не наоборот распространить данный порядок на особо тяжкие преступления? Дело в том, что несмотря на то, что все составы преступлений, предусмотренные Особенной частью УК РФ, негативны, обладают отрицательной оценкой как со стороны норм морали, общественных ценностей и правовых норм, законодатель в силу объективных причин не может давать им всем одинаковую оценку. Поэтому им осуществляется категоризация преступлений в зависимости от характера и степени общественной опасности, влияющая на множество других аспектов: вид и размер наказания, избрание той или иной меры пресечения, состав суда, подсудность и подследственность уголовных дел… Преступления, отнесенные в соответствии с Уголовным Кодексом РФ к категории тяжких представляют собой умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание не превышает 10 лет лишения свободы [2]. Следует заметить, что данное наказание (10 лет лишения свободы) имеет колоссальную количественную оценку. Тяжкие преступления отличаются повышенной общественной опасностью; в результате их совершения здоровью, имуществу, психике, моральному, материальному и физическому состоянию потерпевшего причиняется существенный вред; на такие объекты уголовно-правовой охраны посягают следующие составы преступления – ч. 1, 2 ст. 111 УК РФ, ч. 1, 2 ст. 131, 132 УК РФ, ч. 3 ст. 158 УК РФ, ч. 2 ст. 161 УК РФ, ч. 1 ст. 162 УК РФ и ряд других. Данные преступления покушаются на одни из важнейших элементов уголовно-правовой охраны. Поэтому сам факт обвинения лица в их совершении органами преследования должен быть всесторонне исследован в судебном заседании в общем порядке судебного разбирательства судом с учетом требований главы 37 УПК РФ. Посредством проведения которого будет реализована цель обеспечения надлежащего уровня процессуальных гарантией справедливого правосудия и назначения лицу, признанному виновным в их совершении, наказания, которое бы в полной мере отвечало характеру деяния и особенностям личности, его совершившего. Что в конечном итоге способствовало бы постановлению законного, справедливого и обоснованного приговора в независимости от факта согласия подсудимого с предъявленным обвинением.

Возвращаясь к вышеупомянутому утверждению о том, что ряд государственных органов и представителей научных кругов видит необходимость в сужении сферы применения особого порядка судебного разбирательства необходимо отметить следующее. В 2019 году Верховный Суд Российской Федерации обратился в Государственную думу с предложением рассматривать в особом порядке судебного разбирательства, предусмотренном главой 40 УПК РФ, уголовные дела о преступлениях, совершенных умышленно максимальное наказание за совершение которых не превышает 5 лет лишения свободы, а также все неосторожные деяния. В пояснительной записке к законопроекту отмечено, что практически 70 % всех рассматриваемых судами общей юрисдикции дел рассматриваются по правилам главы 40 УПК РФ. Согласно данным Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, в 2018 году в особом порядке при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением рассмотрено 553 990 уголовных дел в отношении 579 820 лиц. Из них обвиняемые в преступлениях небольшой тяжести составляют 58,9% лиц, осужденных в особом порядке; обвиняемые в преступлениях средней тяжести - 23,7%; обвиняемые в тяжких преступлениях - 17,4%. То есть, в прошедшем году в особом порядке рассмотрены уголовные дела о тяжких преступлениях в отношении 84 тыс. лиц – что представляет собой 58% от общего числа обвиняемых в тяжких преступлениях; кроме того, тяжкие преступления, как правило отличаются особой сложностью, затрагивают интересы значительного числа потерпевших, вызывают большой общественный резонанс, что требует повышения гарантий осуществления справедливого правосудия посредством применения общего порядка судебного разбирательства, в котором полноценно реализован принцип непосредственности и устности исследования доказательств [4]. Анализируя данное предложение Верховного Суда РФ, необходимо заметить, что в качестве доводов своей инициативы данный орган ссылается на статистические данные, говорящие о широком применении особого порядка судебного разбирательства, по сути вытеснившим общий порядок судебного разбирательства, а также на саму специфику уголовно-наказуемых деяний, отнесенных к категории тяжких, из-за которой обеспечить надлежащие гарантии справедливого правосудия и в конечном итоге постановление законного и обоснованного приговора возможно только в общем порядке судебного разбирательства. Кроме того, представляет интерес положение, отраженное в рассматриваемой пояснительной записке к проекту федерального закона «О внесении изменений в статьи 314 и 316 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» посвящённое назначению данного порядка. Так, в пояснительной записке отмечено, что изначально особый порядок судебного разбирательства вводился законодателем, как средство процессуальной экономии по делам о преступлениях, не представляющих повышенной общественной опасности. Таким образом, внесение законодательных изменений, предусматривающих применение особого порядка судебного разбирательства по уголовным делам о преступлениях небольшой и средней тяжести – возвращение к исходной регламентации данного института, отвечающей тому назначению, с которым рассматриваемый порядок изначально вводился законодателем. Также немаловажным фактом, дающим возможность проведения данных преобразований, является положение, высказанное ВС РФ о том, что изменение условий для проведения особого порядка судебного разбирательства не затрагивает конституционные права обвиняемого, так как предоставленное уголовно-процессуальным законом право обвиняемого лица заявлять ходатайство о рассмотрении дела в суде в том или ином порядке не относится к основным правам человека и гражданина, гарантированным Конституцией Российской Федерации. Поэтому оно не посягает на конституционные права человека. Действительно, данное изменение не противоречит ст. ст. 47, 48 Конституции РФ, а самое главное, не идет в разрез с ч. 2 ст. 55 Основного закона страны, провозглашающей, что в Российской Федерации не издаются законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека гражданина [1].

Рассматривая оценку данных изменений в научном сообществе, целесообразно привести в пример работу Головко Л. В. «Уголовное судопроизводство в условиях перманентной судебной реформы», в которой автор высказывает мнение о том, что особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным обвинением нуждается в институциональной редукции на нормативном уровне, а поэтому возвращение к изначальной задумке законодателя, заложенной в первую редакцию УПК РФ, заключающеюся в ограничении применения данного института лишь по уголовным делам о преступлениях, предусматривающих наказание до 5 лет лишения свободы, – стало необходимым [9, С. 15]. Кроме того, автор дает негативную оценку изменениям в законодательстве, посредством которых особый порядок стал применяться по уголовным делам о тяжких преступлениях, отмечая, что они представляют собой очевидный эксцесс, не оправдавший себя и «искажающий» правосудие по уголовным делам. Также, автор ссылается на статистические данные, отражающие высокий уровень рассмотрения уголовных дел в особом порядке, и утверждает, что граница, разделяющая правосудие от «конвейера», была давно пройдена.

Таким образом, на основании собственной приведённой аргументации и анализе аргументации, высказанной Верховным Судом РФ и представителями научного сообщества можно прийти к выводу, что внесение изменений в законодательство, касающихся условий реализации особого порядка, предусматривающих возможность его рассмотрения по уголовным делам о преступлениях небольшой и средней тяжести видится обоснованным и необходимым в целях оптимизации уголовного судопроизводства.

                                               

Использованные источники

                                                 

  1. Конституция Российской Федерации: принята всенарод. голосованием 12.12.1993 (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 № 2-ФКЗ, от 21.07.2014 № 11-ФКЗ) // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2014. – № 31. – Ст. 4398.
  2. Уголовный Кодекс Российской Федерации от 13.09.1996 № 63-ФЗ (ред. от 07.04.2020) (с изм. и доп., вступ. в силу с 12.04.2020) // Собрание законодательства Российской Федерации. – 1996. – № 25. – Ст. 2954.
  3. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 07.04.2020) // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2001. – № 52. (ч. І) – Ст. 4921.
  4. Проект Федерального закона «О внесении изменений в статьи 314 и 316 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» (подготовлен Верховным Судом Российской Федерации) (ред. до внесения в ГД ФС РФ, текст по состоянию на 11.04.2019).
  5. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 05.12.2006 № 60 (ред. от 22.12.2015) «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел» // Российская газета. – 2006. – № 286.
  6. Алексеев Н.А., Федоров И.З. Институт особого порядка принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным обвинением в ракурсе тенденций уголовно-процессуальной политики, актуальных проблем и предложений по их решению // Вестник российского университета кооперации. 2020. № 1 (39). С. 93-99.
  7. Данные судебной статистики: официальный сайт Судебного Департамента при Верховном Суде Российской Федерации. – URL: http://www.cdep.ru (Дата обращения: 31.05.2020).
  8. Кулев А. Г., Кулева Л. О. Категоризация преступлений при конструировании уголовно-процессуальных норм // Актуальные проблемы российского права. 2019. № 4. С. 1-8. // СПС КонсультантПлюс.
  9. Головко Л. В. Уголовное судопроизводство в условиях перманентной судебной реформы // Закон. 2019. № 4. С. 1-17 // СПС КонсультантПлюс.

                

ISPOL''ZOVANNYE ISTOChNIKI

  1. Konstitucija Rossijskoj Federacii: prinjata vsenarod. golosovaniem 12.12.1993 (s uchetom popravok, vnesennyh Zakonami RF o popravkah k Konstitucii RF ot 30.12.2008 № 6-FKZ, ot 30.12.2008 № 7-FKZ, ot 05.02.2014 № 2-FKZ, ot 21.07.2014 № 11-FKZ) // Sobranie zakonodatel'stva Rossijskoj Federacii. – 2014. – № 31. – St. 4398.
  2. Ugolovnyj Kodeks Rossijskoj Federacii ot 13.09.1996 № 63-FZ (red. ot 07.04.2020) (s izm. i dop., vstup. v silu s 12.04.2020) // Sobranie zakonodatel'stva Rossijskoj Federacii. – 1996. – № 25. – St. 2954.
  3. Ugolovno-processual'nyj kodeks Rossijskoj Federacii ot 18.12.2001 № 174-FZ (red. ot 07.04.2020) // Sobranie zakonodatel'stva Rossijskoj Federacii. – 2001. – № 52. (ch. І) – St. 4921.
  4. Proekt Federal'nogo zakona «O vnesenii izmenenij v stat'i 314 i 316 Ugolovno-processual'nogo kodeksa Rossijskoj Federacii» (podgotovlen Verhovnym Sudom Rossijskoj Federacii) (red. do vnesenija v GD FS RF, tekst po sostojaniju na 11.04.2019).
  5. Postanovlenie Plenuma Verhovnogo Suda RF ot 05.12.2006 № 60 (red. ot 22.12.2015) «O primenenii sudami osobogo porjadka sudebnogo razbiratel'stva ugolovnyh del» // Rossijskaja gazeta. – 2006. – № 286.
  6. Alekseev N. A., Fedorov I. Z. Institut osobogo porjadka prinjatija sudebnogo reshenija pri soglasii obvinjaemogo s pred#javlennym obvineniem v rakurse tendencij ugolovno-processual'noj politiki, aktual'nyh problem i predlozhenij po ih resheniju // Vestnik rossijskogo universiteta kooperacii. 2020. № 1 (39). S. 93-99.
  7. Dannye sudebnoj statistiki: oficial'nyj sajt Sudebnogo Departamenta pri Verhovnom Sude Rossijskoj Federacii. – URL: http://www.cdep.ru (Data obrashhenija: 31.05.2020).
  8. Kulev A. G., Kuleva L. O. Kategorizacija prestuplenij pri konstruirovanii ugolovno-processual'nyh norm // Aktual'nye problemy rossijskogo prava. 2019. № 4. S. 1-8. // SPS Konsul'tantPljus.
  9. Golovko L. V. Ugolovnoe sudoproizvodstvo v uslovijah permanentnoj sudebnoj reformy // Zakon. 2019. № 4. S. 1-17 // SPS Konsul'tantPljus.