ЗАЩИТА ПЕРСОНАЛЬНЫХ ДАННЫХ В КИТАЕ И РОССИИ: АНАЛИЗ И ПЕРСПЕКТИВЫ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

PERSONAL DATA PROTECTION IN CHINA AND RUSSIA: ANALYSIS AND PROSPECTS FOR IMPROVING LEGISLATION

В настоящее время с развитием цифровых технологий становится наиболее актуальным вопрос законного обращения персональных данных в информационном пространстве. Информация может распространяться различными способами, среди которых ознакомление неограниченного круга лиц, размещение в средствах массовой информации или сети Интернет и иные.

Актуальность темы обеспечения безопасности персональных данных обусловлена особым статусом указанного вида информации. При определенных условиях нарушения законодательства о персональных данных могут затронуть конституционно закрепленные права человека на неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны, гарантируемых Конституцией Российской Федерации[1].

Несомненно, для наиболее точного определения процессов движения персональных данных, необходимо определить, какую категорию информации следует считать данными, подлежащими государственно-правовой защите.

Согласно законодательству Российской Федерации под персональными данными понимается любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу[2]. В данную категорию также входят специальные данные, к которым относится расовая, национальная принадлежность, политические взгляды, религиозные или философские убеждения, состояние здоровья, интимная жизнь, и биометрические данные сведения, которые характеризуют физиологические и биологические особенности человека, на основе которых можно установить его личность (биометрические персональные данные) и которые используются оператором для установления личности субъекта персональных данных. В предыдущей редакции закона о персональных данных содержался открытый перечень персональных данных, в который входили фамилия, имя, отчество субъекта персональных данных, год, месяц, дата и место его рождения, адрес, семейное, социальное, имущественное положение, образование, профессия, доходы, а также другая информация об этом субъекте.

Уточнение характера получаемой от субъекта информации в Российской Федерации является важным шагом на пути к совершенствованию института защиты персональных данных, так как для разработки механизмов необходимо четкое определение всех основных элементов правоотношений.

Для разностороннего исследования вопроса защиты персональных данных граждан анализируется опыт зарубежных стран с целью дальнейшего применения полученных знаний к реалиям российского законодательства. При этом нельзя игнорировать опыт стран, законодательство которых развивалось по отличительному от стран континентальной правовой семьи сценарию. В этой связи интересно рассмотреть механизмы защиты персональных данных, применяемых в Китайской Народной Республике (далее – КНР), в связи с наращиванием темпов международного сотрудничества именно с этой страной.

Правовые культуры Российской Федерации и КНР во много различны. В Китае принята социалистическая концепция прав человека с «китайской спецификой», которая утверждает, что законодательство действует там, где традиция непригодна. Российская Федерация согласно основному закону страны провозглашается правовым государством, что закрепляет юридическую силу легитимно принятых законов на территории страны.

Конституция России содержит положения о свободе мысли и слова, гарантирует свободу массовой информации, а также запрещает цензуру. В КНР также согласно действующей Конституции пропагандируется свобода слова, однако, свобода мыслей и информации, а также запрет на цензуру отсутствует [1, с. 67]. При этом многие Интернет-сервисы, активно используемые по всему миру, в Китае блокируются (Facebook и Twitter, с марта 2009 г. заблокирован YouTube). Однако стоит отметить, что многие китайские авторы утверждают, что в Китае помимо прав, закрепленных в Конституции, вполне эффективно реализуется свобода слова, печати и собраний [2, с. 81].

Важным уточнением является то, что КНР не присоединяется к международным нормативно-правовым актам, гарантирующим соблюдение прав граждан, например, к Европейской Конвенции о правах человека. Это объяснимо тем, что в Китае, как отмечает Н.В. Вечканова, активно ведется борьба с тем, что там называется «деструктивным влиянием Запада» [3, с. 9].

В Китае же до недавнего времени понятие персональных данных закреплено не было. Согласно теории идентификации, которой придерживаются законодатели КНР, под персональными данными понимается любая информация, при помощи которой возможно идентифицировать конкретного субъекта [4, с. 11]. Однако указанное на первый взгляд расширение понятия персональных данных в Китае не давало никаких правовых гарантий защиты законных прав гражданина. Объясняется это сложным механизмом применения мер государственного принуждения в связи с отсутствием материально-правового обоснования нанесенного вреда.

Кроме того, в КНР до недавнего времени отсутствовал единый закон, регулирующий общественные отношения в сфере обработки и распространения персональных данных, в связи с чем возникали трудности не только в осуществлении контроля за деятельностью операторов, но и регламентации правовой природы деяний, связанных с распространением информации.

С 1 сентября 2021 года в Китае вступил в силу закон о данных, который является первым нормативным правовым актом, регламентирующим использование операторами данных как институт, подлежащий государственной защите

Важный шаг был сделан в сторону определения дефиниции персональных данных. Однако, в связи с явной направленностью нового закона на увеличение государственного контроля за сферой бизнеса закрепленное понятие является достаточно широким. Под персональными данными понимают информацию, которая в случае утечки или кражи может нанести ущерб лично ее обладателю или поставить под угрозу личную безопасность. Местные власти получили право при необходимости определять, какая информация является наиболее важной и подлежащей государственной защите.

Среди ключевых нововведений закона было понятие «критически важной инфраструктуры» — это государственные коммуникационные и информационные услуги, энергетика, ирригационные системы, транспорт, финансы, оборонная сфера, здравоохранение и другие ключевые отрасли и сектора [5, с. 57]. Нанесение ущерба, незаконное использование и утечка данных из этих сфер представляют собой серьезную угрозу национальной безопасности и общественным интересам. По сути, это означает, что работа международных компаний, так или иначе работающих с данными, стала в Китае крайне затруднительной.

Кроме того, интересным является то, что юридическая сила нового закона Китая о персональных данных будет расцениваться выше международных законов на территории Китая. По сути, указанное подтверждает верховенство законов страны для его жителей над иными нормативно-правовыми актами, дистантирование КНР от Европейских стран в вопросах определения направления внутренней экономики.

Главная задача этого юридического документа - обеспечить эффективное использование важной информации и ее конфиденциальность, пресечь случаи нарушения правовых норм в данной сфере, гарантировать незыблемость государственного суверенитета и национальной безопасности

При этом, мы полагаем странным, что кодифицированный акт, устанавливающих административную ответственность в настоящее время не реализован, а использование массива самостоятельных актов о персональных данных, на наш взгляд, не всегда удобно для правоприменителей. В связи с неразвитостью судебного механизма защиты граждан в вопросе правонарушений относительно персональных данных, граждане лишены возможности обратиться за помощью в судебные органы.

 Таким образом, необходимо отметить, что принятие нового закона КНР о данных, несомненно, является значимым шагом в вопросах регламентации законодательства о защите персональных данных. Однако, в настоящее время указанный нормативный акт является жёстким регулятором, ужесточающим меры ответственности в отношении крупных организаций, находящихся на территории Китая, что может негативно сказаться на совершенствовании системы защиты юридических лиц.

 

Использованные источники

 

  1. Лугавцов К.В. Цензура в интернет-пространстве как ограничение свободы слова в Китае // Сборник международной конференции Азиатско-Тихоокеанского региона: история и современность VI. 2012.— ­­№ 6. — С. 23—26.
  2. Колмаков С.Ю. Сравнительно-правовое исследование свободы слова в России и Китае. Влияние российской правовой системы на китайскую // Сomparative politics. 2013. — № 2 — (12). С. 87—91.
  3. Вечканова Н.В. Конституционное регулирование личных прав и свобод человека в азиатских странах Тихоокеанского региона // Государственная власть и местное самоуправление. 2015.— № 12. — С. 6—9.
  4. Лимэй Ю. Законодательство КНР и пакты о правах человека // Юрист-международник. 2014.— № 1. — С. 52–55.
  5. Шаосюе Ц. Административно-правовая защита персональных данных в Китае: проблемы и пути решения // Административное право и процесс. 2020. —№ 12. — С. 64—68.

Sources used

  1. Lugavcov K.V. Cenzura v internet-prostranstve kak ogranichenie svobody slova v Kitae // Sbornik mezhdunarodnoj konferencii Aziatsko-Tihookeanskogo regiona: istorija i sovremennost' VI. 2012.— ¬¬№ 6. — S. 23—26.
  2. Kolmakov S.Ju. Sravnitel'no-pravovoe issledovanie svobody slova v Rossii i Kitae. Vlijanie rossijskoj pravovoj sistemy na kitajskuju // Somparative politics. 2013. — № 2 — (12). S. 87—91.
  3. Vechkanova N.V. Konstitucionnoe regulirovanie lichnyh prav i svobod cheloveka v aziatskih stranah Tihookeanskogo regiona // Gosudarstvennaja vlast' i mestnoe samoupravlenie. 2015.— № 12. — S. 6—9.
  4. Limjej Ju. Zakonodatel'stvo KNR i pakty o pravah cheloveka // Jurist-mezhdunarodnik. 2014.— № 1.— S. 52–55.
  5. Shaosjue C. Administrativno-pravovaja zashhita personal'nyh dannyh v Kitae: problemy i puti reshenija // Administrativnoe pravo i process. 2020. -—№ 12.— S. 64—68.

 

[1] Конституция РФ. Принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 1 июля 2020 г. // Официальный интернет-портал правовой информации [Электронный ресурс]. URL:http://www.pravo.gov.ru/ (дата обращения: 01.10.2021).

[2] Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных» (с посл. изм. и доп. от 2 июля 2021 г. № 331-ФЗ) // Официальный интернет-портал правовой информации [Электронный ресурс]. URL:http://www.pravo.gov.ru/ (дата обращения: 07.10.2021).