ОСВЕЩЕНИЕ ПРОБЛЕМ РАЗВИТИЯ КУЛЬТУРЫ И ЛИТЕРАТУРЫ В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ЖУРНАЛИСТИКЕ КОНЦА XIX-НАЧАЛА XX ВВ.

COVERAGE OF THE PROBLEMS OF THE DEVELOPMENT OF CULTURE AND LITERATURE IN RUSSIAN JOURNALISM OF THE LATE XIX-EARLY XX CENTURIES.

Цель статьи – актуализировать особенности освещения в отечественной журналистике конца XIX-начала XX вв. проблем развития культуры и литературы в контексте современных социокультурных обстоятельств.

Актуальность темы настоящего исследования обусловлена тем, что проблемы культуры и литературы в настоящее время занимают главенствующее место в жизни современного общества и воспринимаются как мощный и необходимый стимул социального и исторического развития. Культура охватывает множество аспектов человеческой жизни, начиная с духовных ценностей и заканчивая материальными потребностями. Культура влияет на все области жизни как общества, так и отдельного индивида.

Субъектом культуры и литературы является человек со всеми его потребностями. Значительное место в общественной жизни занимают вопросы освоения индивидом культурной среды и проблемы, связанные с достижением им высших индивидуальных качеств в процессе создания и восприятия культурных ценностей. Проблемы в развитии культуры и литературы стали предметом дискурса многих мыслителей и писателей в русской литературе и журналистике двадцатого столетия.

В конце XIX столетия Россия, в попытке сравняться с Западом, перешла на путь развития капитализма. Противоречия между новым методом производства и несовременными способами управления усугубляли проблемы в обществе и вызывали наиболее острые конфликты внутри государства. Среди рабочих распространялись революционные идеи, марксистский взгляд на мир и общество, формировались социал-демократические движения. Ставшая консервативной народническая идея ослабевала, а террор в политической области не давал нужных результатов. В дальнейшем народничество так и не вернуло себе прежний авторитет в социуме. В поисках новой философии часть российской интеллигенции апеллировала к концепциям Карла Маркса, популярным в стране с 1870-х гг.

В политическом столкновении 1890-х годов принимали участие как «революционные», так и «легальные» сторонники марксизма, а также отечественные деятели в области философии, культуры и литературы, которые в поисках путей возрождения жизни устремились к духовному миру как нравственному фундаменту существования человечества. В конце XIX столетия внимание интеллигенции было приковано к проблемам религии. Атеизм и практицизм цивилизаторов-материалистов 60–70-х гг. девятнадцатого столетия, имена которых были сакральными для радикально настроенной молодежи, на стыке веков подверглись переосмыслению.

Среди первых, кто заговорил о надобности пересмотра идей шестидесятников, был религиозный мыслитель В. В. Розанов, который публиковался в отечественных изданиях разного толка. «Сотрудничая, – писал философ, – я чуть-чуть приноравливал свои статьи к журналу, единственно, чтобы «проходили» они, но существенно никогда не подавался в себе. Но от этого я любил одновременно во многих органах сотрудничать...» [9, с. 14].

Летом 1891 г. В. В. Розанов опубликовал в «Московских ведомостях» четыре фельетона, которые он обозначил «важнейшими» и «принципиальными». Первые два назывались «Почему мы отказываемся от “наследства 60–70-х годов”?» и «В чем главный недостаток “наследства 60–70-х годов”?» В этих публикациях философ доказывал, что поколение шестидесятников утратило нетленные абсолюты, которые «с отдельными поколениями не исчезают». Розанов писал: «В сфере умственной – любить одну истину – это не есть ли идеал? В сфере нравственной – относиться ко всем равно, ни в каком человеке не переставать видеть человека – не есть ли для нас долг? И если мы видели, что опять и опять человек рассматривается только как средство, если мы с отвращением заметили, что таким же средством становится и сама истина, могли ли мы не отвратиться от поколения, которое все это сделало» [8].

По Розанову, главное упущение «отцов» в том, что они желали созидать жизнь человека «по грубым потребностям». Они утратили «живую человеческую душу», «мир поэзии, религии и нравственности остался навсегда закрытым» для людей 60–70-х годов. Именно этот мир надлежало открыть «детям» – поколению рубежа веков.

Огромный социальный отклик публикации мыслителя возбудили позднее. В конце XIX столетия с писателем спорили многие общественные деятели, среди которых был и государственный, общественный деятель В. И. Ленин. Однако мысли философа, как стало известно, стали соразмерны поиску смысла человеческого бытия, начатому тогда мыслителями и литераторами, основателями нового для русской литературы модернистского направления.

Русские религиозные мыслители, в том числе Н. А. Бердяев и С. Н. Булгаков, разрабатывая свои философские концепции, старались отыскать новые направления развития мира и человечества.

Журналистика начала XX века характеризовалась полярностью мнений, многоголосием. Русские читатели отечественных изданий этого времени обладали собственным мировоззрением и находили подтверждение личных взглядов на страницах печатной периодики.

В России в начале XX столетия реформе подверглись идеи виднейших философов. В 1901 г. в ежемесячном литературном журнале «Мир божий» публиковался участник полемики русский религиозный философ Н. А. Бердяев. В статье «Борьба за идеализм» он объявил об отстранении от марксистской доктрины и обращении к философии идеализма, как единственному пути духовного возрождения человека. «Я беру на себя смелость категорически утверждать, – пишет Бердяев, ­­­­­­­– что песенка позитивизма, натурализма и гедонизма спета, и по всем линиям объяв­ляется борьба за идеализм, борьба за более радостное и светлое миропонимание, в котором высшие и вечные запросы человеческого духа получат удовлетворение...» [1, с. 2].

 Полагая, что марксистская мысль вдохновляет своих приверженцев верой в неизбежное наступление идеального социума, а потому она сильна утопическими максимами, Н. А. Бердяев подвигал последователей марксизма пересмотреть свою философию и отдать предпочтение христианской вере.

Похожий путь идейной переориентации предлагал и С. Н. Булгаков в статье «Героизм и подвижничество», опубликованной в сборнике «Вехи» в 1909 году. С. Н. Булгаков увидел путь спасения России, находившейся в то время в духовном кризисе. Мыслитель предложил две модели, по которым возможно движение социума будущего: героизм и подвижничество [7]. «Герой есть до некоторой степени сверхчеловек» – писал философ [3]. Героизм – это путь, которым идёт множество индивидов, это старания людей изменить социум с помощью наружных атрибутов, используя насилие и избегая любого контакта с духовным. А подвижничество – «есть, прежде всего, максимализм в личной жизни, в требованиях, предъявляемых к самому себе» [3, с. 32] – т. е., дорога, благодаря которой индивид изменяется, совершенствуется нравственно.

Противопоставление видов, предложенных Булгаковым, бесспорно. С одной стороны, – сверхчеловек, или человекобог, с другой, – идеал христианского подвижничества – Богочеловек Иисус Христос, стремящийся к вечной праведной жизни. Мыслитель предостерегает о разных возможностях синтезировать эти две идеи, заменить христианскую модель преувеличенной гуманистической. И поскольку они a priori противоречат друг другу, «одно должно умереть, чтобы родилось другое, и, в меру умирания одного, возрастает и укрепляется другое» [3, с. 36].

Сборник «Вехи» возбудил безудержную, но необходимую в тот период реакцию в обществе. «Вдумываясь в пережитое ими за последние годы, – писал Булгаков, – нельзя видеть во всем этом историческую случайность или одну лишь игру стихийных сил. Здесь произнесен был исторический суд, была сделана оценка различным участникам исторической драмы, подведен итог целой исторической эпохи... Русская революция развила огромную разрушительную энергию, уподобилась гигантскому землетрясению, но ее созидательные силы оказались далеко слабее разрушительных» [3, с. 24].

Авторы сборника, несмотря на то, что не всегда находили компромисс друг с другом, побуждали интеллигенцию отвернуться от идеи перестройки социума путем революции и начать возрождать общечеловеческий фундамент бытия.

Политическое состояние общества нашло отражение и в публицистике А. Блока 1918 – 1920-х гг. В это время поэт пишет ряд статей под общим названием «Россия и интеллигенция». В известной статье «Интеллигенция и революция», опубликованной в газете «Знамя труда», А. Блок пишет: «Почему дырявят древний собор? – Потому, что сто лет здесь ожиревший поп, икая, брал взятки и торговал водкой. Почему гадят в любезных сердцу барских усадьбах? – Потому, что там насиловали и пороли девок: не у того барина, так у соседа. Почему валят столетние парки? – Потому, что сто лет под их развесистыми липами и кленами господа показывали свою власть: тыкали в нос нищему – мошной, а дураку – образованностью. Все так... Замалчивать этого нет возможности; а все, однако, замалчивают. Я не сомневаюсь ни в чьем личном благородстве, ни в чьей личной скорби; но ведь за прошлое – отвечаем мы? Мы – звенья единой цепи» [2, с. 2-3]. А. Блок говорит об общенародной совести, «интеллигенции и народа» за прежнюю жизнь, которая открылась будущему настоящими революционными зверствами. Поэт заявляет, что каждый в ответе за поступки другого, за действия, последствия которых обнаруживаются в настоящем.

Публицистические выступления А. Блока революционных лет насыщены уверениями в том, что в наступившую эпоху «смысл человеческой жизни заключается в беспокойстве и тревоге» («Искусство и революция»), что «та цивилизация, та государственность, та религия умерли» («Что сейчас делать?..», 1918), а перед «лицом мирового переворота», обусловившего «глубину изменения в мире социальном, в мире духовном и в мире физическом» («Владимир Соловьев и наши дни», 1920), индивидуальное, творческое и общественное сознание обретает религиозное оправдание. В статье «Каталина» (1918) выкристаллизовывается миф о Каталине как римском «большевике», стихийном «революционере» в тронутой распадом империи, который «поднял знамя вооруженного восстания в Риме за 60 лет до рождения Иисуса Христа» [5].

Статьи Блока не носят исследовательского характера в подлинном смысле, в жанровом отношении это произведения эссеистического характера, где доминирует художественный способ мышления, а причинно-следственные связи часто заменяются ассоциативными и т.д. А. Блок стремился представить не только развернутую систему доказательств, сколько создать обобщенного образа явления. Ему важно передать читателю свое настроение, добиться того, чтобы он почувствовал весь трагизм ситуации, понял необходимость действия [5].

Социальная, политическая и культурная обстановка в стране не оставила равнодушным и русского писателя А. Платонова. В своих воронежских статьях он пишет: «Мир встал на пороге настоящего онтологического переворота, «космической интеллектуальной революции», которая преобразит саму натуральную основу жизни, … при этом искусство, выйдя из узких пределов духовного, идеального сознания, станет силой, реально формирующей и претворяющей саму действительность творчеством жизни» [4].

Платонов витиеват и парадоксален: изучая мир вокруг и человека как противоположные друг другу воли, он ищет в них близкое; отождествляя машину и металл, возвеличивает природу; отдавая должное науке, он разочаровывается в её силе.

Писатель и журналист Платонов выражает тревогу не только за «судьбу революции», но особенно за судьбу своего народа, рабочих, являющихся движущей мощью истории [4].

Проблемы развития литературы как одного из главных рычагов культуры, стали предметом оживленной публичной полемики, в которой А. Платонов принял активное участие. В 1926 году в журнале «Октябрь» он опубликовал статью «Фабрика литературы». Здесь отразились главные моменты развития послеоктябрьской литературы. Платонов задает главные вопросы (отношение к классике, технология писательской деятельности, новаторство, коллективистский принцип нового искусства, идеологический стиль и т.д.). Автор аргументирует личную точку зрения примерами, обращаясь даже к математическим фактам, тем самым демонстрируя, как надо создавать качественное и сложное произведение. Для этого, утверждает он, требуется упорная деятельность писателей, редакторов, критиков в едином направлении и понимание общих целей и задач. «Главная сила в разделении труда, в охвате огромного количества человеческих личностей, масс и территорий тысячью зорких глаз, многоголовым живым умом и чутким вкусом» [6, с. 199]. «Фабрика литературы» – это платоновская метафора советской литературы как явления нового содержания и формы.

Бесспорно, очерки и статьи Платонова, прежде всего, отражают время и позиции писателя в гуманистических и духовно-нравственных вопросах, тревоживших его как художника и общественного деятеля, и до сих пор остаются злободневными.

Публицистика Платонова 1920-х годов проникнута сокровенным поиском «смысла отдельного и общего человеческого существования» в эпоху больших перемен. По мысли писателя, только истинный прогресс созидает душу человека, а первая потребность души – память и справедливость.

Таким образом, условия для многих явлений начала XX века проявились еще в 1890-х гг., когда упадок народнической идеи возбудил переосмысление прежних воззрений во многих сферах политической, социальной и культурной жизни, когда начался общественный подъем, который привел к революции 1905–1907 гг. Все это не могло не сказаться на журналистике первой половины XX столетия. Многие литераторы, философы, поэты с помощью слова старались повлиять на мировоззрение аудитории, невольно оказавшейся в новом советском мире. Пройдя тернистый путь осознания того, что происходит в отечестве: от признания революционного пути как возможного, к разработке новой национальной идеи – необходимости поддержки правительства активными силами русской интеллигенции, к отрицанию октябрьских событий 1917 г.

Проблемы развития литературы занимали многих писателей и поэтов, печатавшихся на страницах литературных журналов. Первостепенными были вопросы, которые затрагивали гуманистические и духовно-нравственные аспекты бытия, а также вопросы, касающиеся будущего художественных произведений на фоне постреволюционных событий и прогресса как интеллектуального, так и технического.   

Мыслители этого времени в своем лице воплощали духовное возрождение первой половины XX в., неутомимо принимали участие в работе русской прессы и беспрестанно оказывали влияние на формирование общественной мысли и изменение сознания общества, в бытии которого преобладал бы духовно-нравственный аспект.

Использованные источники

  1. Бердяев, Н. А. Борьба за идеализм / Н. А. Бердяев // Мир божий. – 1901. – №6. – Июнь. – С. 1–26. 
  2. Блок, А. Интеллигенция и революция / А. Блок // Знамя труда. – 1918. – 19 января. – № 122. – С. 2–3.
  3. Булгаков, С. Н. Героизм и подвижничество. Вехи: сборник / С.  Н.  Булгаков. – М.: Тип. В. М. Саблина. – 1909. – С. 23–69.
  4. Дёмина, Л. И. Своеобразие публицистики А. Платонова 20-х годов XX века / Л. И. Дёмина // Вестник Адыгейского государственного университета. Сер. 2: Филология и искусствоведение. – 2008. – №1. – С. 25–27. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/svoeobrazie-publitsistiki-a-platonova-20-h-godov-xx-veka (дата обращения: 12.03.2021).
  5. Ничипоров, И. Б. Современность и революция в публицистике А.  Блока / И.Б. Ничипоров // Ученые записки Орловского государственного университета. – 2017. – №2. – С. 144–147. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/sovremennost-i-revolyutsiya-v-publitsistike-a-bloka (дата обращения: 12.03.2021).
  6. Платонов, А. Фабрика литературы (о коренном улучшении способов литературного творчества) / А. Платонов // Октябрь. – 1991. – № 10. – С. 194–206.
  7. Рахова, Е. Э. Гуманистический героизм и православное подвижничество / Е. Э. Рахова // Инновационная наука. – 2016. – №4. – С. 73–76. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/gumanisticheskiy-geroizm-i-pravoslavnoe podvizhnichestvo (дата обращения: 12.03.2021).
  8. Розанов, В. В. Почему мы отказываемся от «наследства 60-70-х годов»? // Dugward.ru: сайт. – URL: http://dugward.ru/library/rozanov/rozanov_pochemu_my_otkazyvaemsa.html (дата обращения: 20.04.2021).
  9. Розанов, В. В. Сочинения: книга / В. В. Розанов. – М., 1990. – 592 с.

References

  1. Berdyaev, N. A. Bor'ba za idealizm / N. A. Berdyaev // Mir bozhij. – 1901. – №6. – Iyun'. – S. 1–26.
  2. Blok, A. Intelligenciya i revolyuciya / A. Blok // Znamya truda. – 1918. – 19 yanvarya. – № 122. – S. 2–3.
  3. Bulgakov, S. N. Geroizm i podvizhnichestvo. Vekhi: sbornik / S.   Bulgakov. – M.: Tip. V. M. Sablina. – 1909. – S. 23–69.
  4. Dyomina, L. I. Svoeobrazie publicistiki A. Platonova 20-h godov XX veka / L. I. Dyomina // Vestnik Adygejskogo gosudarstvennogo universiteta. Ser. 2: Filologiya i iskusstvovedenie. – 2008. – №1. – S. 25–27. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/svoeobrazie-publitsistiki-a-platonova-20-h-godov-xx-veka (data obrashcheniya: 12.03.2021).
  5. Nichiporov, I. B. Sovremennost' i revolyuciya v publicistike A. Bloka / I. B. Nichiporov // Uchenye zapiski Orlovskogo gosudarstvennogo universiteta. – 2017. – №2. – S. 144–147. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/sovremennost-i-revolyutsiya-v-publitsistike-a-bloka (data obrashcheniya: 12.03.2021).
  6. Platonov, A. Fabrika literatury (o korennom uluchshenii sposobov literaturnogo tvorchestva) / A. Platonov // Oktyabr'. – 1991. – № 10. – S. 194–206.
  7. Rahova, E. E. Gumanisticheskij geroizm i pravoslavnoe podvizhnichestvo / E. E. Rahova // Innovacionnaya nauka. – 2016. – №4. – S. 73–76. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/gumanisticheskiy-geroizm-i-pravoslavnoe podvizhnichestvo (data obrashcheniya: 12.03.2021).
  8. Rozanov, V. V. Pochemu my otkazyvaemsya ot «nasledstva 60-70-h godov»? // Dugward.ru: sajt. – URL: http://dugward.ru/library/rozanov/rozanov_pochemu_my_otkazyvaemsa.html (data obrashcheniya: 20.04.2021).
  9. Rozanov, V. V. Sochineniya: kniga / V. V. Rozanov. – M., 1990. – 592 s.