ПРОБЛЕМЫ ВНУТРИСЕМЕЙНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ГРАЖДАН В ПЕРИОД САМОИЗОЛЯЦИИ

PROBLEMS OF INTRA-FAMILY INTERACTION OF CITIZENS IN THE PERIOD OF SELF-ISOLATION

В условиях стремительно обрушившейся на российское общество угрозы пандемии коронавируса (COVID-19), существенно повлиявшей на общественное сознание и явившейся триггером изменения привычных форм социального функционирования, заметно меняются и привычные установки социального поведения граждан. Одной из ключевых социальных проблем современного российского общества в условиях актуальной угрозы пандемии является проблема самоизоляции российского населения, представляющая собой вынужденную меру, которая, как принято сегодня полагать, поможет не допустить распространения коронавируса среди российского населения. Можно констатировать, что режим самоизоляции как карантинное мероприятие стал новой реальностью для россиян.

В соответствии с определением, представленным в психологическом словаре, изоляция в широком семантическом значении трактуется как процесс отделения, обособления, в ходе и результате которого происходит «отстранение индивида или социальной группы от других индивидов или социальных групп в результате резкого сокращения или прекращения социальных контактов и взаимодействий» [5, с. 78]. Самоизоляция же характеризуется вынужденным или добровольным ограничением контактов с внешним миром, сменой образа жизни, резким изменением социального поведения личности, отчуждением от общества, а в ситуации целенаправленно введенного режима – еще и интенсификацией общения с домочадцами, что многим людям дается не так просто [5, с. 194]. Следовательно, самоизоляция вызывает кризисные состояния, характеризующиеся стрессом, психосоциальной травматизацией личности, дезадаптацией и дезорганизацией общественного сознания, наступлением панических настроений, а также появлением новых тревожных мыслей.

Состояние «вынужденной самоизоляции» непривычно для нормального хода жизни человека в связи с его нестабильностью и непредсказуемостью. Как отметил В. П. Зинченко, «апогей неопределенности наступает в критической, непредсказуемой, чрезвычайной ситуации» [2, с. 53]. Наступившая пандемия во многом перевернула представления людей о стабильности, равновесии, зоне комфорта. Массированная атака СМИ на умы людей, хроника событий, слухи, паника, страх за будущее – это то, с чем сталкивается каждый из нас в неопределенной ситуации с ее непредсказуемым разрешением. При «вынужденной изоляции» человек попадает в состояние неопределенности, которая является еще более стрессовой ситуацией, чем знание о реально ожидаемых негативных последствиях [2, с. 54].

Семья – это то место, где человек оказывается наиболее уязвимым; он оставляет за порогом свои социальные маски и роли и становится более открытым как для поддержки, так и для удара. Потому семейные проблемы и конфликты представляют наиболее сильную угрозу для его психологического и эмоционального благополучия, особенно в такой сложный период. В связи с объявлением режима самоизоляции в большинстве стран, включая Россию, сообщения об участившихся случаях домашнего насилия среди изолирующихся совместно лиц постоянно появляются не только в СМИ, но и в официальных докладах уполномоченных лиц, а также в криминологической статистике [7, с. 221]. Продление настоящего режима, а также негативные экономические последствия, позволяют сделать прогноз о дальнейшем росте криминальной агрессии в семьях.

Несмотря на то, что данные официальной криминологической статистики будут опубликованы в конце отчетного периода и, скорее всего, не отразят истинную картину виктимизации, поскольку не будут учитывать высокую естественную латентность семейной криминальной агрессии, проблема домашнего насилия подтверждается официальными источниками и должна быть проанализирована. О повышенном уровне виктимизации жертв домашнего насилия свидетельствует обращение большинства российских общественных правозащитных организаций к Премьер-министру России Михаилу Мишустину и главам регионов с просьбой принять срочные меры для защиты пострадавших от домашнего насилия в период карантина [3, с. 61].

К увеличению подобных случаев при введенном режиме приводит ограничение пространства для передвижения, невозможность ограничиться от общения с членами семьи, проживающими в одном помещении, не рассчитанном для постоянного совместного пребывания такого количества людей (малометражные квартиры, квартиры-студии, отсутствие балкона и т. д.), нарушение сна, длительное использование гаджетов в течение дня, невозможность достаточной физической активности, фрустрация и прокрастинация, вызванные осознанием невозможности осуществления планов, и ряд других физиологических и психологических причин возрастания напряженности и конфликтов с домочадцами [4, с. 246].

Именно в такой обстановке повышается риск виктимного поведения потенциальной жертвы, учащаются провокации и всяческое способствование совершению противоправных действий. При таких условиях чаще проявляются жертвы, обладающие определенной предрасположенностью в рассматриваемых обстоятельствах стать жертвой насилия. Речь идет о личностной виктимности, связанной с возрастом (пожилые, несовершеннолетние), состоянием здоровья и полом граждан, а также деформацией, относящейся к лицам, страдающим алкоголизмом и наркоманией. Также усиливают возможность виктимизации индивидуальные особенности жертв, связанные с повышенной конфликтностью, темпераментом, наличием заболеваний психики, депрессии и других расстройств поведения потенциальной жертвы [1, с. 33].

Как заявила руководитель Центра экстренной помощи МГППУ Ольга Вихристюк, характер поступающих запросов на детский телефон доверия Московского государственного психолого-педагогического университета, подключенный к Всероссийскому детскому телефону доверия, от детей в период самоизоляции фактически не изменился. Так, например, топ-3 основных проблем, волнующих детскую и подростковую аудиторию, остался неизменным – это, в первую очередь, детско-родительские взаимоотношения, а также учебные проблемы, отношения со сверстниками. Однако все эти запросы характеризует изменение в эмоциональных состояниях обратившихся, а также сам содержательный фон запросов, которые теперь озвучиваются через призму новой реальности [6].

Итак, что же именно детей из разных возрастных групп беспокоит наиболее часто в качестве угроз и рисков во время пандемии. Основными сложностями, которые упоминают все несовершеннолетние абоненты, являются [6]:

– конфликты с родителями (родители находятся дома, кричат, срываются, нельзя уйти на улицу, «я хочу гулять», гиперопека, вынужденное нахождение дома в постоянном контакте с одними и теми же людьми);

– депрессивный фон («я ничего не хочу», «ничем не интересуюсь», страхи, скука, нехватка друзей, занятий, эмоциональное одиночество);

– эмоциональные перегрузки, связанные с монотонностью учебной деятельности без возможности очного контакта и диалога при обсуждении материала;

– необходимость психологической поддержки без наличия ярко выраженной проблемы (невозможность общаться с возлюбленным, ссоры, расставания, конфликты, чувство неопределенности).

Для детей, подростков, непосредственно не столкнувшихся с последствиями пандемии, наиболее стрессовыми являются не сами факты изоляции, дистанционного обучения, переживания по поводу угрозы заражения, иных неблагоприятных последствий, а то, что влечет за собой изменения привычного жизнеуклада в целом – обострение всех имеющихся проблем (конфликты с родителями, усиление тревожно-депрессивных проявлений, ограничение личных свобод (пространства, общения, передвижения) [8].

На наш взгляд, с учетом существующей ныне реальности, необходимо расширять возможности психологической поддержки, причем не только посредством интернета – и прежде всего для родителей и близких детей, ну и для самих детей и подростков. Всеми доступными способами вести психологическое просвещение детско-родительской аудитории в области привития навыков эмоциональной саморегуляции, стрессоустойчивости. Важным направлением виктимологической профилактики криминальной агрессии, совершаемой в условиях домашней самоизоляции, выступает информирование людей о способах организации досуга, возможность открытого доступа к дистанционным консультациям психологов. Как представляется, пришло время популяризировать такие обращения и сделать их регулярными.

В период изоляции также необходима организация дополнительного контроля за семьями, в которых ранее имелись обращения по поводу применения насилия: привлечение внимания соседей к тому, что происходит в доме; обеспечение участия учителей не только в дистанционном обучении, но и выполнение ими функций информаторов о том, что происходит с обучаемыми во время карантина; более активное вовлечение в данную деятельность участковых, терапевтов, органы опеки. В настоящий период важно внедрить адаптационные инструменты, способные защитить потенциальных участников процесса виктимизации от необоснованных вспышек агрессии, распущенности по отношению к близким. В основном это меры, требующие кардинальных изменений подходов в воспитании, привитии дисциплины и законопослушности всем гражданам.

Подводя итог, мы полагаем, что представленный анализ особенностей и проблем социального домашнего поведения в условиях режима самоизоляции российского населения не является исчерпывающим. В сегодняшней ситуации, связанной с угрозой СOVID-19, только с помощью хорошо продуманной социальной политики, направленной на заботу о гражданах, возможно поддерживать необходимую в условиях развития демократического общества связь с народом. Бесспорно, населению в ситуации самоизоляции необходимо оказать все меры социальной поддержки, а также помочь разобраться в происходящем и избрать разумный курс социального поведения. Для этого необходим серьезный анализ господствующих в обществе настроений и тенденций.

Пандемию СOVID-19 и вынужденную самоизоляцию можно рассматривать как ситуацию неопределенности. Переживание неопределенности связано с травматическим воздействием на психику человека, реакцией страха, которому противостоит умение встать «над» ситуацией, ее отрефлексировать, осознать, использовать свои внутренние и внешние ресурсы. Сейчас мы входим в зону «мировой турбулентности», но нужно помнить, что этот кризис когда-нибудь закончится, а наша задача – выйти из него с наименьшими потерями, в первую очередь, сохраняя относительную стабильность хотя бы в семьях.

 

Библиографический список:

  1. Босхолов С. С., Качурова Е. С. Основы криминологической виктимологии: учеб. пособие. Иркутск: Иркутский институт (филиал) ВГУЮ (РПА Минюста России), 2019. 78 с.
  2. Касьянов В. В. Особенности и проблемы социального поведения в условиях режима самоизоляции российского населения // Гуманитарий Юга России. 2020. Том 9 (42), № 2. С. 51-64.
  3. Качурова Е. С. Виктимологическое предупреждение криминальной агрессии в семье при соблюдении режима самоизоляции // Психолог: журнал о праве. 2020. С. 60-64.
  4. Кулик А. А. Качество жизни населения в контексте особых средовых условий // Психологическая безопасность личности в экстремальных условиях и кризисных ситуациях жизнедеятельности: сб. науч. ст. V Междунар. науч.-практ. конф. Владивосток, 2015. С. 242-250.
  5. Подопригора А. С. Краткий психологический словарь. Ростов н/Д.: Феникс, 2010. 318 с.
  6. Психолог назвала основные проблемы детей и родителей в самоизоляции. URL: https://regnum.ru/news/2943054.html
  7. Сидячева Н. В., Зотова Л. Э. Ситуация вынужденной самоизоляции в период пандемии: психологический и академический аспекты // Современные наукоемкие технологии. 2020. № 5. С. 218-225.
  8. Уголева Е. Ю. Взаимодействие семьи в ситуации вынужденной изоляции. URL: https://psy.su/feed/8108/