МЕРЫ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ КОРРУПЦИИ В СУДЕБНОЙ ВЛАСТИ

ANTI-CORRUPTION MEASURES IN THE JUDICIARY

Как на международном, так и национальном уровне предусмотрена система мер, которая гарантирует ограждение судьи от незаконных воздействий при осуществлении им правосудия, создающие риск возникновения коррупционных проявлений.

Указом Президента Российской Федерации утвержден Национальный план противодействия коррупции на 2018-2020 годы, который базируется на идее существования определенного генетического единства правовой природы ограничений, обязанностей и антикоррупционных запретов, которые определяют поведение государственных и муниципальных служащих, а также лиц, работающих в частной сфере.

Указанные правила имеют четкую цель – предупредить злоупотребления и обеспечить добросовестное исполнение функций в рамках определенных общественных отношений, как в публичной, так и в частной сферах, в связи с чем они подпадают под действие общих регуляторов, устанавливающих специальные, единые стандарты служебного поведения, что в свою очередь требует корректировки подходов к решению проблем, как совершенствование отечественного антикоррупционного законодательства и практики его применения, так и имплементации международных стандартов антикоррупционной сферы [12].

В настоящее время основными направлениями дальнейшего развития судебной системы являются обеспечение эффективного доступа граждан к правосудию, его максимальной открытости и прозрачности, качественная реализация принципа объективности и независимости при вынесении судебных решений. Предупреждение коррупционных проявлений, а также формирования доверия к российской судебной системе, прозрачности, гласности и публичности правосудия, в первую очередь, зависит от освещения деятельности судов, которое нашло свое развитие в Концепции федеральной целевой программы «Развитие судебной системы России на 2013-2020 годы» [6] (далее по тексту Концепция на 2013-2020 годы), утвержденной Распоряжением Правительства Российской Федерации от 20 сентября 2012 года № 1735-р.

Пункт 15 Заключения № 7 Консультативного совета европейских судей 2005 г. [10] содержит, что лучшей гарантией независимости судов является их активная роль в информировании общественности, что в свою очередь, не является препятствием для соблюдения принципа беспристрастности суда. Любое государство должно поощрять представителей судебной власти, углублять и расширять образовательное значение их деятельности, что будет способствовать росту доверия населения судам. В зависимости от качества предоставляемой информации о деятельности суда гражданскому обществу зависит мнение этого общества о судебной системе и независимости правосудия в целом.

Положительным опытом реализации таких федеральных целевых программ как «Развитие судебной системы России на 2002-2006 года», «Развитие судебной системы России на 2007-2012 годы» подтверждается эффективность развития судебной системы с использованием программно-целевого метода. В рамках вышеуказанных программ существенно увеличилась численность судейского корпуса, вспомогательного и административного персонала судов, значительно повысилась оплата труда судей, частично решилась проблема обеспечения судей служебными помещениями, улучшилось и материально-техническое обеспечение судов, а также уровень их информатизации. Таким образом, мы можем сказать о том, что был сделан существенный шаг модернизации судебно-правовой системы Российской Федерации. Однако в то же время многие проблемы, связанные с судебной деятельностью не разрешены до сих пор, среди которых, особо остро стоит проблема коррупции.

Тем не менее, Концепция на 2013-2020 годы не предусматривает, в определенных ею целях, задачах и комплексе основных мероприятий по различным направлениям развития судебной системы в целом, мер по противодействию коррупции в указанной сфере. И это несмотря на то, что в целях и обоснование соответствия решаемой проблемы указано, что данный правовой документ разработан на основе положений, которые содержатся в Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года, утвержденной распоряжением Правительства Российской Федерации от 17 ноября 2008 г. № 1662-р [5], которая предусматривает борьбу с коррупцией для повышения эффективности политико-правовых институтов и обеспечения исполнения законодательства Российской Федерации, совместно с проведением судебной реформы, обеспечивающей действенность и справедливость принимаемых судом решений предусматривает борьбу с коррупцией.

Поскольку качественное, эффективное противодействие коррупции является залогом профессиональной и четкой работы судебной системы, обеспечивает рост уровня доверия к суду и власти в целом, было бы логично включить положения о предупреждении коррупции в судебной власти в федеральную целевую программу «Развитие судебной системы России на 2013-2020 годы».

Проводя предварительный анализ итогов реализации предыдущих целевых программ в данной сфере, Концепция на 2013-2020 годы указывает, что в Закон Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» [1] были внесены изменения, направленные на предотвращение коррупции в органах судебной власти. Также была установлена обязанность кандидата на должность судьи представлять сведения об имуществе, принадлежащем им на праве собственности, и обязательствах имущественного характера, а также сведения о доходах супруга (супруги) и несовершеннолетних детей.

Однако, следует отметить, что данную меру нельзя считать полностью реализованной, так как в существующей редакции она не способна выполнять задачи, на решение которых она направлена, поскольку в большинстве случаев кандидат может передать имущество совершеннолетним детям, родителям, а также другим членам семьи. Согласно мирового опыта, декларирование доходов членов семьи, нередко и всех близких родственников – распространенная превентивная антикоррупционная мера. К членам семьи судьи согласно Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 20 мая 1993 г. № 4994-1 «О некоторых вопросах, связанных с применением Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» относятся супруг(-а), родители и дети, проживающие с ним и ведущие общее хозяйство [8].

Таким образом, мы можем сделать вывод о том, что в настоящее время необходимо установить декларирование доходов в отношении совершеннолетних детей, поскольку возраст детей значение не имеет, так и родителей, и иных близких родственников.

В качестве примера недоработки в этом направлении выступает бывший судья Свердловского арбитражного суда Олег Гаврюшин, который был приговорен к 8 годам лишения свободы по части 3 статьи 30 УК РФ, части 6 статьи 290 УК РФ. Гаврюшин был признан виновным в покушении на получение 14 млн рублей от фирмы АО «Проектно-изыскательский институт ГЕО», которой он обещал вынести нужное решение по претензии налоговой на 326 млн рублей. Деньги судья собирался получить через своего сына, который уже получил 7,5 млн рублей за посредничество. Сын попытался взять всю вину на себя, но не смог [9]. 

Предоставление аналогичных сведений следует закрепить и за работниками аппарата суда, которые также обязаны предоставлять подобные сведений в соответствии с законодательством Российской Федерации. Существующая на сегодняшний день промежуточная позиция не позволяет наиболее эффективно противодействовать коррупции в судебной власти.

Следует обратить особое внимание и на механизм проверки, предоставляемых сведений, а также ответственность судей за их не предоставление. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 18 марта 2015 г. утверждено Положение о порядке проверки достоверности и полноты сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера судьи суда общей юрисдикции, военного и арбитражного суда, мирового судьи, его супруга (супруги) и несовершеннолетних детей [7], которое предусматривает обязанность создания в суде комиссии по проверке полноты и достоверности представляемых судьей сведений о его доходах и расходах, а также о доходах и расходах его супруга (супруги) и несовершеннолетних детей. В указанную комиссию входят судьи, работник суда, в чьи должностные обязанности входит осуществление противодействия коррупции в суде, а также работник управления Судебного департамента в субъекте Российской Федерации, в должностные обязанности которого входит осуществление противодействия коррупции, который является секретарём комиссии.

Основниями проверки являются письменное решение председателя суда или комиссии при наличии сомнений в достоверности и полноте сведений, представленных судьей, либо получение письменной информации от органов судейского сообщества или общероссийских средств массовой информации, а также достаточной письменной информации от органов и лиц перечисленных в пунктах 1-4 части 1 статьи 4 Федерального закона от 3 декабря 2012 г. № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» [3], о представлении судьёй недостоверных или неполных сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера. В данном случае формулировка «при наличии сомнений» является объективно неопределенной и не позволяет четко определить перечень оснований для проверки, что в значительной мере снижает и степень контроля за полнотой и достоверностью представляемых сведений, придавая данным нормам декларативный характер.

Указанное Положение устанавливает, что в случае непредоставления сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера в сроки, установленные законом, либо представления заведомо недостоверных сведений, председатель суда имеет право обратиться в соответствующий совет судей с предложением о проведении проверки при наличии оснований для привлечения судьи к дисциплинарной ответственности. Таким образом, мы можем сделать вывод о том, что Положение устанавливает не обязанность, а лишь возможность внесения председателем соответствующего предложения, закрепляя необоснованно широкий круг усмотрения.

Однако, не стоит забывать, что судьи обладают специальным правовыми статусами, отличающимися от статуса простого гражданина, что обусловлено их социальными ролями и содержанием государственной службы.

В связи с чем, прежде чем накладывать на судей дополнительные ограничения и запреты необходимо выработать методику оценки коррупционных рисков и управления ими, которые позволяли бы выявить сферы деятельности, наиболее подверженные указанным рискам, а также осуществлять разработку антикоррупционных мер. По мнению ученых, обеспечивая баланс конституционно защищаемых интересов и ценностей, государство должно использовать не чрезмерные, а лишь строго обусловленные и необходимые этими целями меры [11].

Стоит отметить, что указанные меры являются достаточными только в том случае, если речь идет о конкретных ситуациях, предусмотренных законодателем. Внеслужебные отношения судьи не могут быть полностью поставлены под контроль государства. Судья – часть общества и общественные отношения, возникающие между ним и другими членами общества, оказывают на судью определенное воздействие, в том числе и создание условий для возникновения конфликта интересов.  Следует сказать, что сложность заключается в том, что такие ситуации могут не возникнуть при назначении кандидата на должность судьи, а появиться по истечении определенного времени в процессе расширения как деловых, так и личных связей. Установление запретов на законодательном уровне относительно личных отношений судей – недопустимое ограничение его конституционных прав и законных интересов.

Если гражданин, обладает соответствующими личными и профессиональными качествами, при этом наделен властными полномочиями по осуществлению правосудия, то он заслуживает уважения и доверия со стороны как государства, так и общества. Для судьи презюмируются высокие нравственные и деловые качества. В связи с чем, тенденция, цель которой – установление дополнительных запретов и ограничений для служебной и внеслужебной деятельности судьи, не сможет обеспечить должной беспристрастности и объективности при осуществлении правосудия, а значит, не будет способствовать укреплению авторитета судебной власти.

 

Литература 

  1. Закон РФ «О статусе судей в Российской Федерации» от 26 июня 1992 г. № 3132-I (с посл. изм. и доп. от 02.08.2019 г. N 285-ФЗ) // Официальный интернет-портал правовой информации [Электронный ресурс]. URL:http://www.pravo.gov.ru/ (дата обращения: 01.04.2020).
  2. Федеральный закон «О противодействии коррупции»
    от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ (с посл. изм. и доп. от 06.02.2019 г. № 5-ФЗ) // Официальный интернет-портал правовой информации [Электронный ресурс]. URL:http://www.pravo.gov.ru/ (дата обращения: 01.04.2020).
  3. Федерального закона № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» от 3 декабря 2012 г. (с посл. изм. и доп. от 03.08.2018 г. № 307-ФЗ) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2012 г. N 50 (часть IV) ст. 6953.
  4. Указ Президента РФ «О Национальном плане противодействия коррупции на 2018-2020 годы»
    от 29.06.2018 г. № 378 // Официальный интернет-портал правовой информации [Электронный ресурс]. URL:http://www.pravo.gov.ru/ (дата обращения: 01.04.2020).
  5. Распоряжение Правительства РФ от 17 ноября 2008 г. № 1662-р О Концепции долгосрочного социально-экономического развития РФ на период до 2020 года (с посл. изм. и доп. от 28.09.2018 г. №1662-р) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2008 г. № 47 ст. 5489.
  6. Распоряжение Правительства РФ от 20 сентября 2012 г. № 1735-р Об утверждении Концепции федеральной целевой программы «Развитие судебной системы России на 2013-2020 годы» //  Собрание законодательства Российской Федерации. 2012 г. № 40 ст. 5474.
  7. Постановление Президиума Верховного Суда РФ «Об утверждении Положения о порядке проверки достоверности и полноты сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера судьи суда общей юрисдикции, военного и арбитражного суда, мирового судьи, его супруга (супруги) и несовершеннолетних детей» от 18 марта 2015 г. // Официальный интернет-портал правовой информации [Электронный ресурс]. URL:http://www.pravo.gov.ru/ (дата обращения: 01.04.2020).
  8. Постановление Верховного Совета РФ «О некоторых вопросах, связанных с применением Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» от 20 мая 1993 г. № 4994-1 (с посл. изм. и доп. от 30.10.2018 г. № 375-ФЗ) // Официальный интернет-портал правовой информации [Электронный ресурс]. URL:http://www.pravo.gov.ru/ (дата обращения: 01.04.2020).
  9. Приговор Свердловского областного суда от 10 декабря 2019 г. по уголовному делу №1-27/2019 о признании Гаврюшина О.В. виновным в совершении преступления, предусмотренного  ч. 3 ст. 30, ч. 6 ст. 290 Уголовного кодекса РФ // Официальный интернет-портал судебных и нормативных актов РФ [Электронный ресурс]. URL:https://www.https://sudact.ru.
  10. Заключение Консультативного Совета Европейских судей для Комитета Министров Совета Европы № 18 (2015) «Состояние судебной системы и ее взаимодействие с другими ветвями власти в современном демократическом государстве» // Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание. № 12/2016.
  11. Каширкина А. А. Международно-правовые модели имплементации антикоррупционных стандартов // Антикоррупционные стандарты Организации экономического сотрудничества и развития и их реализация в Российской Федерации: Монография / Под ред. Т.Я. Хабриевой, А.В. Федорова. М. 2015. С. 59.
  12. Хабриева Т. Я. Научные подходы к освоению современных стандартов и технологий противодействия коррупции // Современные стандарты и технологии противодействия коррупции: Материалы Третьего Евразийского антикоррупционного форума. М. 2015. С. 25.