ПРИВЛЕЧЕНИЕ ЗАВЕДОМО НЕВИНОВНОГО К УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ КАК СОЦИАЛЬНОЕ ПОСЛЕДСТВИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ ПРАВОСУДИЯ

ATTRACTION OF A PUTTENLY INNOCENT TO CRIMINAL RESPONSIBILITY AS A SOCIAL CONSEQUENCE OF CRIMES AGAINST JUSTICE

Защита прав и свобод граждан от преступных посягательств является прямой обязанностью государства, установленной Конституцией Российской Федераци[1]. Государство сможет защитить граждан от преступных посягательств только путем привлечения виновных к ответственности, назначения им наказания за совершенное деяние, а также возмещения потерпевшему вреда, причиненного ему преступлением. Положительные результаты могут быть достигнуты только высококвалифицированными работниками.

Правоохранительные органы играют важную роль в обеспечении правопорядка в любом государстве. Уголовное судопроизводство является единственным механизмом реализации уголовного законодательства и фактически обеспечивает предотвращение преступлений. Власть, осуществляемая сотрудниками правоохранительных органов, является важным инструментом для выполнения государственных функций. Коррумпированная власть может нанести огромный ущерб обществу и подорвать всю нашу систему правосудия. Законы при отсутствии реальной возможности для государства обеспечить их реализацию теряют свое значение. Поэтому деятельность по реализации правоохранительной функции нуждается в надежной уголовно-правовой защите, что является сегодня очень актуальной и в некоторой степени нерешенной проблемой. Особое внимание следует уделить взаимосвязи в отношении реализации основной цели судопроизводства, а именно защиты прав и законных интересов лиц и организаций, пострадавших от преступлений. Запрещение должностными лицами злоупотреблений в сфере судопроизводства следует рассматривать как важные элементы системы укрепления государства.

Одной из важнейших задач уголовного судопроизводства является защита личности от неправомерного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод, что закреплено в п. 2 ч. 2 ст. 6 УПК РФ. Отношения, обеспечивающие достижение этой цели, являются основным объектом преступления, предусмотренного ст. 299 УК РФ. Санкция данной статьи предусматривает наказание за привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственноси[2]. Что касается рассматриваемого нами посягательства, то в качестве дополнительного объекта традиционно рассматриваются личные вещи, честь и достоинство гражданина, его здоровье, материальное благополучие и т.д. По нашему мнению, в случае привлечения невиновных к уголовной ответственности посягательство на правосудие выражается в неоправданном унижении чести и достоинства потерпевшего, угрозе его неприкосновенности и дискредитации правоохранительных органов. Правосудие здесь выступает как сложный составной объект.

В соответствии со складывающейся судебной практикой преступление, предусмотренное ст. 299 УК РФ, окончено с момента подписания представителем компетентного органа постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого. С этого момента согласно статьям 47 и 171 УПК РФ, гражданин приобретает права и обязанности указанного участника уголовного процесса. И здесь следует отметить, что законодатель не связывает наличие состава привлечения заведомо невиновных к уголовной ответственности с наступлением каких-либо существенных неблагоприятных последствий для потерпевшего: необоснованного осуждения, ограничения свободы, других лишений и ограничений[3].

Ответственность по ст. 299 УК РФ происходит только в том случае, если лицо, непричастность которого известна следователю, привлечено к уголовной ответственности. Нарушение порядка предъявления обвинения и иных процессуальных действий, установленных УПК РФ, не является преступлением. Субъективная сторона преступления, предусмотренного ст. 299 УК РФ, характеризуется прямым умыслом. Стоит также отметить, что законодатель не связывает основания для привлечения к ответственности за данное преступление с наличием особых мотивов или целей, но очевидно, что они являются низменными. Трудно представить, чтобы следователь или дознаватель преследовал в судебном порядке заведомо невинного лица из благих побуждений. Если должностное лицо привлекает заведомо невиновного к ответственности за взятку, то его действия будут квалифицироваться в соответствии с совокупностью преступлений, а полученная взятка будет характеризовать корыстный мотив посягательства на интересы правосудия.

По нашему мнению, достаточно сложным является вопрос о субъекте рассматриваемого преступления. В соответствии с ч. 1 ст. 171 УПК РФ постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого выносит следователь. Принимать уголовное дело для своего производства уполномочен и руководитель следственного органа в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 39 УПК РФ. Дознаватель по окончанию дознания составляет обвинительный акт согласно ч. 1 ст. 225 УК РФ. Возбудить уголовное дело, принять к своему производству и произвести дознание в полном объеме, обладая при этом полномочиями дознавателя, вправе начальник подразделения дознания ч. 2 ст. 401 УПК РФ. Таким образом, приведенные выше положения закона указывают на то, что эти лица могут рассматриваться как возможные субъекты привлечения заведомо невиновных к уголовной ответственности. Часть 2 ст. 299 УК РФ содержит запрет на привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности, связанное с обвинением в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления. Помимо увеличения меры очернения личности потерпевшего, данное посягательство содержит угрозу применения к нему суровых мер процессуального принуждения и государственного осуждения, характерных для тяжких и особо тяжких преступлений.

В рассматриваемом аспекте заслуживает внимания тезис М.Т. Аширбековой: «Обвинение и уголовное преследование связаны как общее и частное: обвинение является общей концепцией, а уголовное преследование, частное обвинение - его видами»[4]. Таким образом, установив ответственность не за незаконное обвинение лица в совершении преступления, а за необоснованное уголовное преследование, мы конкретизируем уголовно-правовой запрет. В то же время незаконное уголовное преследование может быть выражено в возбуждении уголовного дела против конкретного лица, уведомлении о подозрении в совершении преступления, судебном преследовании, вынесении обвинительного заключения и обвинительного заключения, а также в поддержании государственного обвинения в суде. В последнем случае недобросовестный прокурор также мог бы быть виновным в совершении преступления.

Мы считаем, что изменить формулировку ст. 299 УК РФ было бы логичнее с тем, чтобы данная статья предусматривала ответственность как за возбуждение уголовного дела в отношении заведомо невиновного лица, так и за продолжение производства по делу в случаях, когда закон предписывает его прекращение по реабилитирующим обстоятельствам. Для данной нормы это навеяло бы ясности и универсальности. Целесообразно изменить формулировку статьи 299 УК на: «Привлечение заведомо невиновного к уголовному преследованию».  Так как любой человек считается невиновным, пока его виновность не будет установлена вступившим в законную силу приговором суда. Следует подчеркнуть, что установление ответственности должно быть за заведомо незаконное уголовное преследование, а не преследование невиновного позволило бы сделать норму более долговечной и соответствующей практике. Вполне является логичным если субъектами преступлений будут признаны юридические лица.

К. Р. Идрисов также считает целесообразным назвать ст. 299 УК РФ «Незаконное уголовное преследование», которое бы выражалось в «уголовном преследовании при отсутствии законных оснований»[5]. Мы считаем, что само по себе осуществление следователем незаконного уголовного преследования по причине низкой квалификации, отсутствия необходимых навыков для признания его поведения преступлением недостаточно. Следователь должен осознавать, что привлекаемое к ответственности лицо преступления не совершало либо по тем или иным обстоятельствам не может быть признано преступником. Таким образом, мы считаем правильным, что ответственность должна наступать за заведомо незаконное уголовное преследование. Между тем незаконное уголовное преследование является длящимся преступлением, так как, в отличие от продолжаемого, оно не состоит из отдельных посягательств, направленных на достижение единой цели. Интересы правосудия, состоящие в защите личности от необоснованного уголовного преследования, здесь не нарушаются эпизодически, а подвергаются непрерывно длящемуся посягательству.

В завершении, мы можем сделать вывод в том, что преступления, совершаемые судьями и участниками уголовного судопроизводства со стороны обвинения с использованием своих властно-процессуальных полномочий или положения, больше других разрушают государство. Нанося двойной удар по всей системе правосудия и общественной опасности свидетельствуя, тем что сами являются объектами нарушенных прав и сами же призваны охранять эти права. Преступления сотрудников правоохранительных органов, как правило, характеризуются коррупционной составляющей и представляют собой элементы коррупционных схем, каждое из них причиняет вред конкретным участникам судопроизводства или обществу в целом. Ведь охрана граждан от необоснованного осуждения и обвинения, является прямой и одной из важнейших задач уголовного процесса, возложенная государством на правоохранительные органы, которые призваны защищать общество и справедливо наказывать преступность.

 

Литература

  1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020) // СПС «Консультант Плюс»
  2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 24.04.2020, с изм. от 09.07.2020) // Собрание законодательства РФ. 24.12.2001. № 52 (ч. I). Ст. 4921.
  3. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 08.06.2020) // Собрание законодательства РФ. 17.06.1996. № 25. Ст. 2954.
  4. Аширбекова М. Т. Об уголовно-процессуальных функциях следователя // Юридический вестник Самарского университета. - 2019. - Т. 5. - № 4.
  5. Идрисов К.Р. Преступления против правосудия, совершаемые должностными лицами органов предварительного расследования и суда. - М., 2008.

 

[1] Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020) // СПС «Консультант Плюс»

[2] Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 08.06.2020) // Собрание законодательства РФ. 17.06.1996. № 25. Ст. 2954.

[3] Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 24.04.2020, с изм. от 09.07.2020) // Собрание законодательства РФ. 24.12.2001. № 52 (ч. I). Ст. 4921.

[4] Аширбекова М. Т. Об уголовно-процессуальных функциях следователя // Юридический вестник Самарского университета. - 2019. - Т. 5. -  № 4. - С. 81–85.

[5] Идрисов К.Р. Преступления против правосудия, совершаемые должностными лицами органов предварительного расследования и суда. - М., 2008. – С. 67.