ОСОБЕННОСТИ ДОКАЗЫВАНИЯ ПРИ ПРОИЗВОДСТВЕ ДОЗНАНИЯ В СОКРАЩЕННОЙ ФОРМЕ

Федеральным законом от 4 марта 2013 г. № 23-ФЗ в УПК РФ  введена глава 32.1 «Дознание в сокращенной форме», ставшая продолжением развития идеи об упрощении производства в уголовном процессе [2]. Данная форма дознания призвана сократить несоразмерные материальные затраты государства по расследованию преступлений небольшой и средней тяжести, предварительное следствие по которым необязательно. Дознание в сокращенной форме как относительно новый институт современного уголовного процесса подвергся резкой критике со стороны ученых, адвокатов и правозащитников. По их мнению, при производстве дознания в сокращенной форме возникает большая вероятность нарушений, злоупотреблений, маскировки ошибок и недостатков расследования. Сотрудники правоохранительных органов, в целом, одобряя нововведение, видят иные недостатки в правовой регламентации института дознания в сокращенной форме, полагают, что необоснованный и безмотивный отказ потерпевшего и подозреваемого (обвиняемого) от данной формы является злоупотреблением правом, а роль потерпевшего при принятии решения в ее выборе преувеличена [3, С. 39]. На наш взгляд, при оценке любых новелл законодательства следует исходить не из узковедомственных интересов, а из позиции реальной пользы для участников процесса, максимального обеспечения их прав и законных интересов. 

Не останавливаясь на процессуальных аспектах дознания в сокращенной форме, остановимся на особенностях доказывания в рамках данной формы расследования. Как известно, принципы уголовного судопроизводства распространяются на все стадии, этапы, формы и институты уголовного процесса. В частности, ст. 17 УПК РФ, посвященная принципу свободы оценки доказательств, говорит о том, что дознаватель должен принимать решения на основании внутреннего убеждения, руководствуясь законом и совестью.

При производстве дознания в сокращенной форме данный принцип приобретает особое значение. Как мы отметили ранее, оценка доказательств проводится на основании внутреннего убеждения. После возбуждения уголовного дела и удовлетворения ходатайства подозреваемого о производстве дознания в сокращенной форме проводятся следственные и иные процессуальные действия. Таким образом, для формирования внутреннего убеждения, не навязанного извне, необходимо собрать достаточную совокупность относимых, допустимых и достоверных доказательств. Причем речь идет не о количественной, а о качественной ее характеристике.

В УПК РФ закреплено, что следователь может не проводить ряд следственных действий. Получается, что для составления обвинительного постановления достаточно признательных показаний подозреваемого, которым на практике придается большое значение, и показаний потерпевшего без дополнительной проверки.

Законодатель подчеркивает, что основанием внутреннего убеждения является такая нравственная категория как совесть. Эта категория приобретает особое значение для сокращенной формы дознания, т.к. законодатель не регламентирует действия дознавателя при установлении самооговора подозреваемого, он не имеет возможности прекращать производство дознания в сокращенной форме при установлении данного обстоятельства. Решение данного вопроса нам видится в дополнении ч. 1 ст. 226.2 УПК РФ, регламентирующей обстоятельства, исключающие производство дознания в сокращенной форме, пунктом 7 в следующей редакции: «при наличии очевидных данных, свидетельствующих о наличии самооговора подозреваемого» [4, С. 113].

Согласно положениям принципа свободы оценки доказательств дознаватель должен руководствоваться законом. Речь идет и о нормах материального права (правильная квалификация, применение норм Общей части УК РФ, например, в части установления смягчающих, отягчающих обстоятельств и т.д.) и о нормах уголовно-процессуального права, иных федеральных законов. Доказательства тогда будут признаны допустимыми, когда они собраны в строгом соответствии с процессуальным порядком, установленным УПК РФ, надлежащим субъектом из надлежащего источника. Всегда ли эти требования выполняются безусловно? Очевидно, что ответ отрицательный. Анализ судебных решений позволяет сказать, что в рамках обычной формы дознания и предварительного следствия сторона защиты обращается с ходатайствами о признании доказательств недопустимыми, однако суды не всегда признают их таковыми. А если признают, то исключение их из совокупности доказательств не влечет принятие благоприятного для обвиняемого решения. Это говорит, в том числе, и об обвинительном уклоне суда.

При дознании в сокращенной форме ситуация осложняется тем, что суд в особом порядке (гл.40 УПК РФ) не проверяет законность получения доказательств, поскольку признание вины на сегодняшний день является главным доказательством, как и в давние времена, хотя никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. Усматривая нарушения, суд не всегда принимает решение о возвращении уголовного дела прокурору, имея полную убежденность, что обвиняемый, признавший вину, не станет оспаривать судебное решение ввиду незаконности, ведь он выбрал сокращенную форму дознания, а значит, заинтересован в быстром рассмотрении уголовного дела без неоправданной волокиты. Так, нарушения остаются не замеченными, что порождает беззаконие и произвол, а также безнаказанность сотрудников правоохранительных органов.

Как и при проведении расследования в общем порядке дознаватель должен определить объем доказательств, который будет положен в основу обвинительного постановления, не допуская необоснованного его расширения или сужения. Общие пределы доказывания закреплены в ст. 226.5 УПК РФ: законодатель установил, что доказательства собираются в объеме, достаточном для установления события преступления, характера и размера причиненного им вреда, а также виновности лица в совершении преступления с учетом особенностей доказывания при производстве дознания в сокращенной форме. За пределами доказывания не должны остаться обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, а также обстоятельства, отягчающие и смягчающие наказание, обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния либо которые влекут освобождение от уголовной ответственности и наказания. Получается, что, с одной стороны, эти вопросы не входят в предмет доказывания, а,  с другой стороны, дознаватель при принятии решения должен исходить из достаточной совокупности доказательств, что подтверждает нецелесообразность введенной законом сокращенной формы  дознания.

Таким образом, при производстве дознания в сокращенной форме ведущая роль отводится дознавателю.  От добросовестности и качества проведенного им расследования будет зависеть решение судьи, который делает вывод о доказанности или недоказанности обвинения на основании материалов уголовного дела и которые были указаны в обвинительном постановлении с учетом положений ст. 17 УПК РФ.

 

Использованные источники

  1. Конституция Российской Федерации: принята всенарод. голосованием 12.12.1993 (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 № 2-ФКЗ, от 21.07.2014 № 11-ФКЗ) //Собрание законодательства Российской Федерации. – 2014. – № – Ст. 4398.
  2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 24.04.2020) // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2001. – № 52. (ч. І) – Ст. 4921.
  3. Александров А.Н. К вопросу о реализации права потерпевшего на производство дознания в сокращенной форме // Вестник Белгородского юридического института МВД России. 2018. № 2. С.36-41.
  4. Мичурина О.В., Химичева О.В. Проблемы оценки доказательств при производстве дознания в сокращенной форме // Расследование преступлений: проблемы и пути их решения. 2016. № 1. С.112-116.

 

Ispol'zovannye istochniki

  1. Konstitucija Rossijskoj Federacii: prinjata vsenarod. golosovaniem 12.12.1993 (s uchetom popravok, vnesennyh Zakonami RF o popravkah k Konstitucii RF ot 30.12.2008No 6-FKZ, ot 30.12.2008 № 7-FKZ, ot 05.02.2014 № 2-FKZ, ot 21.07.2014 № 11-FKZ) //Sobranie zakonodatel'stva Rossijskoj Federacii. – 2014. – № 31. – St. 4398.
  2. 2. Ugolovno-processual'nyj kodeks Rossijskoj Federacii ot 18.12.2001 № 174-FZ (red. ot 24.04.2020) // Sobranie zakonodatel'stva Rossijskoj Federacii. – 2001. – № 52. (ch. І) – St. 4921.
  3. Aleksandrov A.N. K voprosu o realizacii prava poterpevshego na proizvodstvo doznanija v sokrashhennoj forme // Vestnik Belgorodskogo juridicheskogo instituta MVD Rossii. 2018. №2. S.36-41.
  4. Michurina O.V., Himicheva O.V. Problemy ocenki dokazatel'stv pri proizvodstve doznanija v sokrashhennoj forme // Rassledovanie prestuplenij: problemy i puti ih reshenija. 2016. №1. S.112-116.