ПРОБЛЕМНЫЕ ВОПРОСЫ ОТНОСИМОСТИ К ОБЪЕКТАМ ТРАССОЛОГИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ

Трасологическая экспертиза является одной из основополагающих и востребованных в современной системе традиционных криминалистических экспертиз. По разным данным, на долю трасологических исследований приходиться от 35% до 45%, всех назначаемых экспертиз в рамках уголовного судопроизводства. Объясняется это как широким кругом разнохарактерных объектов исследования, так и спектром решаемых ее задач.

Под объектом судебной экспертизы, в широком плане понимается «материальный носитель информации о фактических данных, связанных с расследуемым событием, устанавливаемых с помощью специальных знаний в рамках экспертизы как средства доказывания по делу»[1]. Объекты экспертиз делятся на объекты-отображения и объекты-предметы. К первой категории «относятся все материальные образования, в которых в результате действия механизма следообразования физически отображена информация о другом объекте или явлении искомого или (и) проверяемого характера. Ко второй – все материальные предметы, вещи, которые являются или могут служить носителями информации о событии в силу своего существования или наличия действительной либо возможной связи с ним»[2]. 

В свою очередь в зависимости от вида решаемых задач, объекты подразделяются на идентифицируемые и идентифицирующие (при решении идентификационных вопросов). Также они представлены в виде диагностируемых и диагностирующих (в процессе диагностического исследования).

В зависимости от того, какова роль носителя информации, объекты экспертизы можно дифференцировать на следующие виды.[3] Во-первых, это исследуемые объекты, во-вторых, сравнительные материалы и, наконец, в-третьих, образцы для сравнительного исследования. Стоит отметить, что к образцам для сравнительного исследования стоит отнести объекты, которые отображают свойства или особенности человека, трупа, животного, вещества или материала. Также к образцам для сравнительного исследования относят иные образцы, которые являются объективной необходимостью для эксперта при проведении исследований или дачи заключения.

– материалы дела, которые содержат сведения, непосредственно касающиеся предмета экспертизы. Сюда традиционно относят протоколы осмотра места происшествия, которые дополнены схемами, таблицами и чертежами. Также к ним относят сведения о месте и времени обнаружения происшествия, сведения о дате происшествия, характеристики объекта. Кроме того, к данной категории можно отнести указания на признаки, по которым происшествие было обнаружено и условия обнаружения происшествия (а также правовые последствия).

На современном этапе развития достаточно широкое распространение получает практика предоставления для проведения трасологической экспертизы в качестве объектов экспертизы изображений различных следов. В данном случае речь идет о следах, которые были изъяты с места происшествия, что находит свое отражение в постановлении следователя. В указанной ситуации, стоит отметить, что согласно положениям ст. 176 УПК РФ, осмотр места происшествия, равно как и местности, жилища, предметов и документов, осуществляется для обнаружения следов преступления и выяснения обстоятельств, которые имеют значение для уголовного дела.

В рамках проведения осмотра места происшествия, согласно ст. 180 УПК РФ, в обязательном порядке составляется протокол с соблюдением требований, указанных в ст. 166 УПК РФ. Так, в ст. 180 УПК РФ прямо указано, что в протоколах должны находить отражение все действия следователя, а также все, что было обнаружено в рамках осмотра и (или) освидетельствования в последовательности, в какой осмотр и освидетельствование производились. Кроме того, отражение осуществляется именно в таком виде, в котором обнаруженные объекты находились в момент освидетельствования или осмотра.

В протоколах перечисляются и описываются все предметы, изъятые при осмотре и (или) освидетельствовании». В соответствии с ч. 8 ст. 166 УПК РФ к протоколу прилагаются фотографические негативы и снимки, киноленты, диапозитивы, фонограммы допроса, кассеты видеозаписи, чертежи, планы, схемы, слепки и оттиски следов, выполненные при производстве следственного действия, а также электронные носители информации, полученной или скопированной с других электронных носителей информации в ходе производства следственного действия. Таким образом, фотографические негативы и снимки, а также электронные носители графической информации являются приложением к протоколу осмотра места происшествия и не могут быть причислены к предметам, изъятым при осмотре, т.е. применение термина «изъятие» неправомерно, т.к. как изъятия следа, в каком-либо виде – вместе с объектом-следоносителем, его слепка или оттиска, не производилось.

Несмотря на это, в процессуальном плане возникла некоторая двойственность, т.к. следователь (должностное лицо, правомочное проводить процессуальные действия) может признать протоколом осмотра предметов фотографические негативы и снимки, а также электронные носители графической информации предусмотренным законом видом доказательств – иными документами и в дальнейшем вынести постановление о назначении судебной экспертизы.

Таким образом, более чем в половине случаев эксперт работает не с прямыми следами (в т.ч. объемными следами обуви и протекторов шин автотранспортных средств, следов взлома, следов скольжения и т.д.) изъятыми с места происшествия или зафиксированные при помощи слепков, оттисков, а с их изображениями. О недопущении данного факта ЭКЦ МВД России было прямо указано в методическом письме «Об особенностях производства трасологических экспертиз и экспертиз холодного оружия» (исх. № 37/23-4111 от 04.07.2012), направленное во все ЭКП территориальных органов.

Безусловно, бывают случаи, когда изъятие следа вместе со следоносителем или посредством фиксации в слепке невозможна (к примеру, работа в условиях экстремально-низких температур т.д.) эксперт может прибегнуть к цифровой фиксации следов. Но тогда качество получения данных изображений должно полностью соответствовать требованиям судебной фотографии: фотографирование следа должно производиться только зеркальной фотокамерой с физическим размером светочувствительной матрицы, около, 18х24 мм (полукадровая матрица); - диафрагмирование объектива - 1:8 и более; - необходимое фокусное расстояние объектива (эквивалент фокусного расстояния для 35 мм пленочной камеры) f ≥ 75 мм; - фотокамера должна быть закреплена на штативе в положении – плоскость матрицы параллельна плоскости следа (оптическая ось объектива перпендикулярна плоскости следа); - освещение объекта съемки – равномерно заполняющее объем, направленное боковое с проработкой элементов рельефа.

Исходя из приведенной классификации объектов трасологического исследования видно, фототаблица к протоколу осмотра места происшествия никоим образом не может выступать исследуемым объектом. В крайнем случае, объектом может являться цифровой файл прямого копирования с графическими изображениями исследуемого следа. Так как при распечатывании на различных печатывающих устройствах качество полученного изображения существенно снижается. Может происходить потеря значимых признаков. А обработка данных изображений вне рамок трасологического исследования может впоследствии говорить о фальсификации.

Приходим к выводу, что на фоне цифровизации общества наблюдается планомерное изменение традиционных объектов трасологической экспертизы, что требует от эксперта расширения объема профессиональной компетенции и большего внимания к деталям.

 

Использованные источники:

  1. Волкова Т.М. Обобщение практики производства трасологических экспертиз с целью выработки единого подхода к оценке их сложности - Теория и практика судебной экспертизы. - № 4 (44). - 2016. - С. 54-61.
  2. Основы судебной экспертизы. / Под ред. Ю.Г. Корухова. Ч. 1. Общая теория. М.: РФЦСЭ, 1997.

 

[1] Основы судебной экспертизы. - Ч. 1. Общая теория. - М.: РФЦСЭ. - 1997. - С. 88–89

[2] Там же. - С. 94

[3] Волкова Т.М. Обобщение практики производства трасологических экспертиз с целью выработки единого подхода к оценке их сложности - Теория и практика судебной экспертизы. - № 4 (44). - 2016. - С. 54-61