ФАЛЬСИФИКАЦИЯ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ И РЕЗУЛЬТАТОВ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ: ВОПРОСЫ КВАЛИФИКАЦИИ

FALSIFICATION OF EVIDENCE AND RESULTS OF OPERATIONAL SEARCH ACTIVITIES: QUALIFICATION ISSUES

Учитывая значение правосудия, отправление которого невозможно без использования доказательств, и высокую общественную опасность фальсификации доказательств, законодатель предусмотрел уголовную ответственность в ст. 303 УК РФ. Данный вид преступлений по характеру и степени общественной опасности является наиболее вредоносным, поскольку такая преступная деятельность осуществляется сотрудниками следственных органов, которые наделены властными полномочиями, действуют от имени государства и под его защитой. За последние годы в обиход практикующих адвокатов вошло такое понятие, как множественная фальсификация, когда в уголовном деле выявляются факты многократной фальсификации различных протоколов следственных действий, начиная от протоколов допросов свидетелей до подложности вещественных доказательств, ставших  предметами экспертного исследования.

В рамках данного исследования заслуживает внимание перечень вопросов, которые вызывают сложности в правоприменительной практике, в частности: 1) по отношению к каким составам преступлений фальсификация доказательств по уголовному делу является специальной нормой; 2) возможна ли совокупность преступлений по статьям 299 и 303 УК РФ. Кроме того, следует отметить, что судебная практика применения статьи 303 УК РФ в совокупности с другими составами должностных преступлений отличается своей неоднородностью, что также обуславливает необходимость выработки дополнительных рекомендаций по применению законодательства в рассматриваемой сфере.

Первое, на что необходимо обратить внимание – понятийно-категориальный аппарат уголовного закона РФ. Понятие «фальсификация» упоминается в ряде статей УК РФ  (ст. 142, 142.1, 170.1, 172.1, 185.5, 195, 238.1, 303, 327)[1], однако легального определения данному понятию законодатель в уголовном законе не сформулировал, ограничившись ее описанием в ст. 142.1 УК РФ. Между тем единообразное понимание указанного понятия необходимо для четкой квалификации того или иного деяния, отграничения преступлений от иных форм действий (бездействия) лица.

Свое происхождение данный термин получил от латинского языка, в переводе с которого falsificare означает «подделывать». Под этим термином понимается «подделка, подмена настоящего ложным, подлинного мнимым»[2].

В правовой теории и правоприменительной практике данный термин определяется через перечисление способов совершения преступного деяния. Так, в частности, в Приговоре Волгоградского областного суда от 2 октября 2012 г. по делу № 2-66/2012 сформулирована правовая позиция о том, что следует понимать под фальсификацией доказательств[3].

Очевидно, что термин «фальсификация» наполнен разным содержанием в зависимости от вида судопроизводства. К примеру, фальсификация по смыслу гражданского процессуального законодательства РФ заключает в своем содержании подложность доказательств (ст. 186 ГПК РФ)[4]. В арбитражном процессе также отсутствует легальное определение понятию «фальсификация» доказательств. В ст. 161 АПК РФ приведен перечень процедур, проводимых судом в случае заявления одной из сторон процесса о фальсификации доказательств: 1) исключение доказательства; 2) проверка достоверности путем: а) назначения экспертного исследования; б) истребования других доказательств; в) соотнесения с другими доказательствами и др.[5]

Анализируя правоприменительную практику по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 303 УК РФ, можно выделить следующие способы фальсификации доказательств в арбитражном процессе: 1) изготовление и предоставление полностью сфальсифицированных документов[6]; 2) монтаж документа[7]; 3) выполнение рукописных записей и подписей от имени других лиц в документах[8]; 4) подделка печатей[9].

Как представляется под фальсификацией доказательств целесообразно понимать искажение фактических данных, информации и т.п., к примеру, в документах, выступающих в качестве доказательств по делу, путем внесения в них заведомо ложных сведений, либо изготовление полностью поддельного документа.

Правоприменительная практика рассматривает фальсификацию доказательств должностным лицом правоохранительного органа в качестве специальной нормы (ч. 2 и ч. 3 ст. 303 УК РФ) по отношению к общей норме, в частности к злоупотреблению должностными полномочиями по ст. 285 УК РФ[10] или превышению должностных полномочий по ст. 286 УК РФ[11].

Возможность избрания вариантов квалификации преступного деяния по названным статьям УК РФ вызывает обоснованную критику в научном сообществе, поскольку она входит в противоречие с правилами квалификации преступления[12]. Конкуренция общих и специальных норм уголовного закона отделена от идеальной совокупности преступных деяний. Не имеет места совокупность преступлений в случае, когда преступное деяние содержит признаки состава преступления, ответственность за которое наступает по общей и специальной норме уголовного закона, в такой ситуации виновный будет привлечен к уголовной ответственности по специальной норме (ч. 3 ст. 17 УК РФ). Данное правило вытекает из запрета двойного вменения, имеющего конституционно-правовую природу и получившего законодательное воплощение в ч. 2 ст. 6 УК РФ.

В случае, когда конкуренции между общими и специальными нормами уголовного закона нет, то можно говорить о совокупности преступлений, иными словами преступное событие должно содержать признаки преступлений, ответственность за которое предусмотрена двумя или более статьями уголовного закона (ч. 2 статьи 17 УК РФ). В уголовно правовой теории данная совокупность именуется идеальной.

Фальсификация доказательств по уголовному делу (ч. 2 и ч. 3 ст. 303 УК РФ) – специальная норма по отношению к ст. 286 УК РФ, устанавливающая уголовную ответственность только за искажение должностным лицом фактических данных, используемых при осуществлении правосудия.

Признаки превышения должностных полномочий описаны в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 года № 19: 1) совершение должностным лицом действий, фактически составляющих компетенцию другого (равного по статусу или вышестоящего) должностного лица; 2) совершение должностным лицом действий, которые оно вправе совершать только в особых обстоятельствах. Перечень таких обстоятельств определяется законом или подзаконным нормативным правовым актом. Кроме того, признаком превышения должностных полномочий является совершение должностным лицом действий, которые он обязан совершать коллективно, но фактически совершает единолично, а также действий, прямо запрещенных законом[13]. На квалификацию преступного деяния, предусмотренного статьей 286 УК РФ, мотив преступления не влияет.

В рамках анализа правоприменительной практики по ст. 303 УК РФ, очевидны трудности, с которыми сталкиваются суды при квалификации преступлений против правосудия при наличии совокупности с другими составами должностных преступных деяний. Например, в судебной практике встречаются примеры поглощения фальсификации доказательств превышением служебных полномочий. В рамках пересмотра приговора суда в апелляционном порядке, судом была исключена ч. 4 ст. 303 УК РФ. Суд пришел к выводу, что такие действия А., как фальсификация результатов оперативно-розыскной деятельности, сфабрикованность доказательств стороны обвинения, которые повлекли негативные последствия для невиновного лица, в частности незаконное задержание, предъявление обвинения, избрание меры пресечения в отношении этого лица в виде заключения под стражу, полностью охватываются ст. 286 УК РФ[14].

 Аналогичная позиция сформулирована в другом судебном решении. В рамках апелляционного пересмотра приговора суда, вышестоящая судебная инстанция отметила несостоятельность доводов осужденного, полагавшего, что ответственность за содеянное им должна наступать по ст. 303 УК РФ, а не по п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, поскольку он действовал в рамках возложенных на него должностных полномочий.

Суд счел, что задержание лиц, в отношении которых были оформлены материалы оперативно-розыскной деятельности с внесением заведомо ложных сведений об обстоятельствах проведения оперативно-розыскных мероприятий с последующим их представлением в орган предварительного следствия, повлекло тяжкие последствия. Срок содержания под стражей был весьма продолжительным[15].

Фальсификация результатов оперативно-розыскной деятельности нередко сопровождается выходом сотрудника оперативного подразделения правоохранительного органа за пределы своих полномочий. Уголовным законом, устанавливающим ответственность за преступное деяние в ч. 4 ст. 303 УК РФ, не предусмотрены основания для ее ужесточения в случаях принуждения граждан к незаконным действиям, использования шантажа, применения оружия или специальных средств при совершении преступного деяния. В подобных ситуациях, квалификация содеянного должна осуществляться по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 303 и ст. 286 УК РФ. Данная позиция нашла отражение в материалах судебной практики[16].

Фальсификация доказательств по уголовному делу (ч. 2, 3 ст. 303 УК РФ) является специальной нормой не только в отношении ст. 286 УК РФ с позиции объективной стороны, но и в отношении ст. 292 УК РФ с позиции способа совершения преступления. В то же время вопросы, связанные с определением предмета преступления, предусмотренного статьей 292 УК РФ, заключаются в возможности признания таковым процессуальных документов (протоколов, постановлений, обвинительных заключений и т.д.). Любое решение или действие любого участника процесса, предусмотренное действующим уголовно-процессуальным или административным законодательством и имеющее письменную форму выражения, выступает официальным процессуальным документом, поскольку содержит в себе (является носителем) значимую для дела информацию, зафиксированную (изложенную) в виде текста в соответствии с требованиями закона.

Процессуальный документ оформляется в соответствии с законом и имеет юридическую силу (процессуальное значение) в силу закона (в установленных им пределах). Законодатель предусмотрел достаточно широкий круг документов, отличающихся друг от друга по своему содержанию, происхождению и форме (внешним техническим характеристикам), в своей совокупности образующих материалы уголовного или административного дела, отражающих его движение (ход и результаты) или, иначе, возникновение, изменение и прекращение процессуальных отношений. В этом смысле официальное юридическое значение процессуальных документов ограничивается рамками конкретного дела, поскольку факт их оформления (составления) порождает, как правило, только процессуально-правовые последствия, в том числе и в случае нарушения предъявляемых законом требований к составлению того или иного документа. Исключение составляют лишь некоторые документы, имеющие итоговый характер (например, вступивший в законную силу обвинительный приговор порождает отношения, связанные с исполнением уголовного наказания (если оно было назначено судом), которые находятся за пределами уголовного дела).

Вышеуказанное позволяет считать, что процессуальные документы, исходящие от лица, производящего дознание, предварительное следствие (постановления, протоколы и т.д.) или осуществляющего производство по делу об административном правонарушении, содержат значимую для дела информацию, оформленную в соответствии с требованиями законодательства, и порождают определенные правовые последствия, предусмотренные для одного, нескольких или всех участников производства по конкретному делу. В связи с изложенным представляется, что процессуальные документы, исходящие от лиц, уполномоченных на осуществление производства по делу, верно признаются официальными документами[17]. Данная позиция подтверждается судебной практикой Верховного Суда РФ, которая признает официальными документами (как предметом преступлений) постановления о возбуждении и прекращении дела, о приостановлении следствия[18]. Тем не менее, когда речь идет о квалификации подделки процессуальных документов, необходимо внимательно подходить к вопросу разграничения издаваемых должностным лицом процессуальных документов как предметов преступлений, предусмотренных ст. 292 и ст. 303 УК РФ.

В Постановлении Президиума Верховного Суда РФ от 7 сентября 2016 года № 72-П16 сформулирована правовая позиция, согласно которой совокупность преступных деяний, предусмотренных ст. 299 и 303 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеет место в случае, если следователь (дознаватель или иное должностное лицо) фальсифицирует доказательства с целью привлечения заведомо невиновного лица к уголовной ответственности[19].  К примеру, должностным лицом К., осуществлявшим расследование по уголовному делу, был составлен протокол допроса обвиняемого Я. без фактического проведения данного следственного действия. Данный протокол содержал ложные сведения о признании вины Я. Обвинительное заключение по ч. 1 ст. 171 УК РФ, составленное К. было направлено прокурору. Обжалуя приговор, осужденная К. указала, что в ее действиях отсутствует совокупность преступлений по ч. 2 ст. 303 УК РФ и ч. 1 ст. 299 УК РФ. Суд посчитал доводы К. несостоятельными. По мнению суда, объективная сторона состава преступления по ч. 2 ст. 303 УК РФ – активные действия по фальсификации доказательственной базы: подделке вещественных доказательств, процессуальных и иных документов, сбор и представление сведений в качестве доказательств по уголовному делу, не соответствующих действительности. Данные действия не входят в объективную сторону состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 299 УК РФ. В этом случае требуется самостоятельная квалификация по ч. 2 ст. 303 УК РФ.

Таким образом, в ходе исследования необходимо сделать вывод о том, что нормы части 2 и части 3 статьи 303 УК РФ являются специальными нормами применительно к ст. 286 УК РФ, если рассматривать объективную сторону состава преступления. Кроме того, вышеуказанные нормы (часть 2 и часть 3 статьи 303 УК РФ) являются специальными по отношению к норме ст. 292 УК РФ - по способу совершения преступного деяния. Совокупность деяний, предусмотренных ст. 299 и 303 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеет место в случае, если следователь (дознаватель или иное должностное лицо) фальсифицирует доказательства с целью привлечения заведомо невиновного лица к уголовной ответственности.

 

Список литературы

  1. Апелляционное определение Курганского областного суда от 01.2015 № 221947/2015. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».
  2. Апелляционное определение Тверского областного суда от 02.06.2016 по делу № 22–1223/2016. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».
  3. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24.07.2002 № 95-ФЗ (ред. от 02.12.2019) // Собрание законодательства РФ. 2002. № 30. Ст. 3012.
  4. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 № 138-ФЗ (ред. от 02.12.2019) // Собрание законодательства РФ. 2002. № 46. Ст. 4532.
  5. Кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ  от 24.12.2009 № 11-О09-137. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».
  6. Кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 11.02.2008 № 82-008-4. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».
  7. Краткий словарь иностранных слов / сост. С.М. Локшина. М., 1978. С. 298 - 299.
  8. Кудрявцев В. Л. Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности как специальный вид превышения должностных полномочий // Законность. 2015. № 7. С. 34–36.
  9. Определение Верховного Суда РФ от 30.11.2006 г. № 47-о06-96. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».
  10. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 № 19 (ред. от 24.12.2019) «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» // Бюллетень Верховного Суда РФ. № 12. декабрь, 2009.
  11. Постановление Центрального районного суда г. Красноярска от 06.10.2015 по делу №  1–97/2015. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».
  12. Приговор Волгоградского областного суда от 2 октября 2012 г. по делу № 2-66/2012. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».
  13. Приговор Кировского районного суда г. Уфы от 08.02.2013 по делу №  1–9/2013. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».
  14. Приговор Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 19.10.2016 по делу №  1–343/9. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».
  15. Приговор Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 22.03.2017 по делу №  1–109/2017. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».
  16. Приговор Тушинского районного суда г. Москвы от 18 февраля 2015 года по уголовному делу № 1-57/15 (1-853/14). Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».
  17. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 18.02.2020) // Собрание законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954.

 

References

  1. Apellyacionnoe opredelenie Kurganskogo oblastnogo suda ot 28.01.2015 № 221947/2015. Dokument opublikovan ne byl. Dostup iz sprav.-prav. sistemy «Konsul'tantPlyus».
  2. Apellyacionnoe opredelenie Tverskogo oblastnogo suda ot 02.06.2016 po delu № 22–1223/2016. Dokument opublikovan ne byl. Dostup iz sprav.-prav. sistemy «Konsul'tantPlyus».
  3. Arbitrazhnyj processual'nyj kodeks Rossijskoj Federacii ot 24.07.2002 № 95-FZ (red. ot 02.12.2019) // Sobranie zakonodatel'stva RF. 2002. № 30. St. 3012.
  4. Grazhdanskij processual'nyj kodeks Rossijskoj Federacii ot 14.11.2002 № 138-FZ (red. ot 02.12.2019) // Sobranie zakonodatel'stva RF. 2002. № 46. St. 4532.
  5. Kassacionnoe opredelenie sudebnoj kollegii po ugolovnym delam Verxovnogo Suda RF ot 24.12.2009 № 11-O09-137. Dokument opublikovan ne byl. Dostup iz sprav.-prav. sistemy «Konsul'tantPlyus».
  6. Kassacionnoe opredelenie sudebnoj kollegii po ugolovnym delam Verxovnogo Suda RF ot 11.02.2008 № 82-008-4. Dokument opublikovan ne byl. Dostup iz sprav.-prav. sistemy «Konsul'tantPlyus».
  7. Kratkij slovar' inostrannyx slov / sost. S.M. Lokshina. M., 1978. S. 298 - 299.
  8. Kudryavcev V. L. Privlechenie zavedomo nevinovnogo k ugolovnoj otvetstvennosti kak special'nyj vid prevysheniya dolzhnostnyx polnomochij // Zakonnost'. 2015. № 7. S. 34–36.
  9. Opredelenie Verxovnogo Suda RF ot 30.11.2006 g. № 47-o06-96. Dokument opublikovan ne byl. Dostup iz sprav.-prav. sistemy «Konsul'tantPlyus».
  10. Postanovlenie Plenuma Verxovnogo Suda RF ot 16.10.2009 № 19 (red. ot 24.12.2019) «O sudebnoj praktike po delam o zloupotreblenii dolzhnostnymi polnomochiyami i o prevyshenii dolzhnostnyx polnomochij» // Byulleten' Verxovnogo Suda RF. № 12. dekabr', 2009.
  11. Postanovlenie Central'nogo rajonnogo suda g. Krasnoyarska ot 06.10.2015 po delu №  1–97/2015. Dokument opublikovan ne byl. Dostup iz sprav.-prav. sistemy «Konsul'tantPlyus».
  12. Prigovor Volgogradskogo oblastnogo suda ot 2 oktyabrya 2012 g. po delu № 2-66/2012. Dokument opublikovan ne byl. Dostup iz sprav.-prav. sistemy «Konsul'tantPlyus».
  13. Prigovor Kirovskogo rajonnogo suda g. Ufy ot 08.02.2013 po delu №  1–9/2013. Dokument opublikovan ne byl. Dostup iz sprav.-prav. sistemy «Konsul'tantPlyus».
  14. Prigovor Petrozavodskogo gorodskogo suda Respubliki Kareliya ot 19.10.2016 po delu №  1–343/9. Dokument opublikovan ne byl. Dostup iz sprav.-prav. sistemy «Konsul'tantPlyus».
  15. Prigovor Petrozavodskogo gorodskogo suda Respubliki Kareliya ot 22.03.2017 po delu №  1–109/2017. Dokument opublikovan ne byl. Dostup iz sprav.-prav. sistemy «Konsul'tantPlyus».
  16. Prigovor Tushinskogo rajonnogo suda g. Moskvy ot 18 fevralya 2015 goda po ugolovnomu delu № 1-57/15 (1-853/14). Dokument opublikovan ne byl. Dostup iz sprav.-prav. sistemy «Konsul'tantPlyus».
  17. Ugolovnyj kodeks Rossijskoj Federacii ot 13.06.1996 № 63-FZ (red. ot 18.02.2020) // Sobranie zakonodatel'stva RF. 1996. № 25. St. 2954.

 

[1] Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 18.02.2020) // Собрание законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954.

[2] Краткий словарь иностранных слов / сост. С.М. Локшина. М., 1978. С. 298 - 299.

[3] Фальсификацию доказательств следует рассматривать в качестве: 1) искажения фактических данных, которые содержаться в доказательствах; 2) внесения в документы ложных сведений; 3) подделки документов; 4) уничтожения вещественных и иных доказательств; 5) удостоверения следователем в протоколах следственных действий фактов, не соответствующих действительности, (например, составление протокола допроса свидетеля, который фактически не проводился, с приданием данному протоколу статуса доказательства по уголовному делу). Приговор Волгоградского областного суда от 2 октября 2012 г. по делу № 2-66/2012. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».

[4] Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 № 138-ФЗ (ред. от 02.12.2019) // Собрание законодательства РФ. 2002. № 46. Ст. 4532.

[5] Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24.07.2002 № 95-ФЗ (ред. от 02.12.2019) // Собрание законодательства РФ. 2002. № 30. Ст. 3012.

[6] Приговор Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 22.03.2017 по делу №  1–109/2017. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».

[7] Приговор Кировского районного суда г. Уфы от 08.02.2013 по делу №  1–9/2013. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».

[8] Приговор Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 19.10.2016 по делу №  1–343/9. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».

[9] Постановление Центрального районного суда г. Красноярска от 06.10.2015 по делу №  1–97/2015. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».

[10] Кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ  от 24.12.2009 № 11-О09-137. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».

[11] Кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 11.02.2008 № 82-008-4. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».

[12] Кудрявцев В. Л. Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности как специальный вид превышения должностных полномочий // Законность. 2015. № 7. С. 34–36.

[13] Злоупотреблением должностными полномочиями является использование именно полномочий, которое осуществляется при отсутствии основания. За пределы именно должностных полномочий явно выходит виновный при совершении должностного превышения. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 № 19 (ред. от 24.12.2019) «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» // Бюллетень Верховного Суда РФ. № 12. декабрь, 2009.

[14] Апелляционное определение Курганского областного суда от 28.01.2015 № 221947/2015. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».

[15] Апелляционное определение Тверского областного суда от 02.06.2016 по делу № 22–1223/2016. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».

[16] Апелляционное определение Московского городского суда от 19 июня 2017 г. по делу № 10-8920/2017. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».

[17] Приговор Тушинского районного суда г. Москвы от 18 февраля 2015 года по уголовному делу № 1-57/15 (1-853/14). Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».

[18] Определение Верховного Суда РФ от 30.11.2006 г. № 47-о06-96. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».

[19] Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 07.09.2016 № 72П16. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-прав. системы «КонсультантПлюс».