ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ПРЕОБРАЗОВАНИЯ КАК ФОРМЫ РЕОРГАНИЗАЦИИ ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА

FEATURES OF LEGAL REGULATION OF TRANSFORMATION AS FORMS OF REORGANIZATION OF A LEGAL ENTITY

Согласно п. 1 ст. 57 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) преобразование является одной из форм реорганизации юридических лиц[1]. С того дня, когда преобразование было впервые признано на законодательном уровне в качестве самостоятельной формы реорганизации, истек достаточно продолжительный период времени, тем не менее, к настоящему моменту не только не выработано легальной дефиниции данного правового явления, но и существует некоторая неопределенность относительно самой правовой категории «преобразование».

Для обозначения рассматриваемого правового явления российским законодателем традиционно используются различные термины. Подтверждением тому служат, прежде всего, нормативные акты постсоветских пореформенных лет, которые содержали первые положения о реорганизации хозяйствующих субъектов в форме преобразования. В частности, норма п. 1 статьи 37 Закона РСФСР от 25 декабря 1990 г. № 445-1 «Ликвидация и реорганизация предприятия»[2] оперировала словосочетанием «преобразование в иную организационно-правовую форму», в то время как положения статьи 16 «Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик» от 31 мая 1991 г. № 2211-13 закрепляли термин «преобразование»[3].

В правовых актах действующего законодательства встречаются также разные формулировки для именования преобразования как одной из форм реорганизации. Так, устанавливая в п. 1 ст. 57 ГК РФ перечень форм, в которых может осуществляться реорганизация хозяйствующих субъектов, законодатель употребляет слово «преобразование». Но при этом в п. 5 ст. 58 ГК РФ видим следующее: «преобразование юридического лица одной организационно-правовой формы в юридическое лицо другой организационно-правовой формы». Подобное изложение указанной нормы свидетельствует, по нашему мнению, об одинаковом понимании законодателем сущности терминов «преобразование» и «изменение организационно-правовой формы» и возможности их синонимичного применения.

Подмену одного термина другим применительно к рассматриваемой форме реорганизации можно наблюдать и при обращении к положениям иных актов современного гражданского законодательства. Нормы Федерального закона от 29 июля 2017 г. №217-ФЗ «О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»[4], в п. 2 ст. 27 закрепляя возможные формы реорганизации садоводческих некоммерческих товариществ, вместо категории «преобразование» содержат формулировку «изменение организационно-правовой формы».

Аналогичным образом обстоит дело и в отношении предписаний Методических рекомендаций по формированию бухгалтерской отчетности при осуществлении реорганизации организаций (приложение к Приказу Министерства финансов РФ от 20 мая 2003 г. № 44н)[5]. Положения п. 40 и п. 41 Методических рекомендаций оперируют следующими словосочетаниями: «реорганизация организации в форме преобразования в соответствующую организационно-правовую форму» и «реорганизация в форме преобразования организационно- правовой формы собственности».

В свете рассматриваемого вопроса нельзя обойти вниманием и некоторые положения ФЗ от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», в которых термин «преобразование» используется для обозначения соответствующей формы реорганизации. Конкретно это предусмотрено пунктом 2 статьи 15 данного закона[6].

Таким образом, приведенные выше нормы свидетельствуют, по нашему мнению, об отсутствии у законодателя четкого и единообразного подхода в вопросе толкования и применения юридического термина «преобразование». Кроме того, использование законодателем различных слов и словосочетаний для обозначения одного и того же правового явления (в данном случае – одной из форм реорганизации юридических лиц), на наш взгляд, нарушает требования терминологического единства, негативно влияет на качество нормативно-правовых актов, а также осложняет правоприменительную деятельность. Эффективность правового регулирования во многом определяется согласованностью понятийно-терминологического аппарата, а употребление «формулировок, категорий оценочного характера, с неясным, неопределенным содержанием, ... допускающих различные трактовки, обозначение одних и тех же явлений различными терминами, – как справедливо отмечают М.С. Азаров, В.В. Астанин, И.С. Барзилова, - может искажать смысл положений
законов»[7]. Представляется верным суждение авторитетного ученого профессора С.С. Алексеева о том, что используемая терминология должна удовлетворять требованиям об однозначности, строгой определенности, ясности, устойчивости, а также совместимости со всем комплексом употребляемых правовых категорий[8]. С нашей точки зрения, законодатель необоснованно расширяет терминологический аппарат, который применяется по отношению к реорганизации хозяйствующих субъектов, осуществляемой в форме преобразования.

Решение обозначенной проблемы видится нами в разработке и закреплении на законодательном уровне легальной дефиниции правового явления преобразования. Грамотно сформулированное юридическое понятие должно наиболее полно отражать сущность процессов, происходящих при осуществлении реорганизации юридических лиц в форме преобразования, а также позволять отграничивать определяемое правовое явление от смежных. Формирование комплексной дефиниции, в свою очередь, возможно лишь на основе выделения признаков, сущностных черт рассматриваемого правового явления. Обобщение существенных признаков, к тому же, предоставит возможность доказать факт обоснованности признания преобразования в качестве одной из форм реорганизации юридических лиц, который ставится под сомнение некоторыми исследователями[9].

Анализ положений действующего гражданского законодательства, регулирующих общественные отношения в рассматриваемой сфере, позволил нам выявить следующие признаки правового явления преобразования:

  1. В реорганизационной процедуре принимает участие лишь один субъект права, поэтому количественный состав профессиональных участников рыночных отношений в итоге остается неизменным;
  2. В процессе реорганизации происходит прекращение деятельности реорганизуемого юридического лица и создание нового хозяйствующего субъекта иной организационно-правовой формы;
  3. В результате проведения реорганизации в гражданский оборот входит юридическое лицо иной (отличной от реорганизуемого субъекта) организационно-правовой формы;
  4. Все права и обязанности юридического лица одного вида переходят к юридическому лицу другого вида в порядке универсального правопреемства;
  5. Перераспределения активов и пассивов, т.е. имущественной массы
    реорганизуемого субъекта не происходит.

Как видим, помимо особых, специфических черт преобразованию также присущи признаки, свойственные правовому явлению реорганизации как таковому (особый субъектный состав, наличие процессов создания и прекращения юридических лиц, универсальное правопреемство). Нельзя не обратить внимания и на общность целей указанных правовых явлений: обеспечение и упрощение порядка перехода имущественного комплекса между хозяйствующими субъектами. Сказанное, по нашему мнению, позволяет сделать вывод о правомерности отнесения преобразования к одной из форм реорганизации юридических лиц.

Таким образом, можно констатировать, что преобразование представляет собой форму реорганизации, характеризующуюся универсальным правопреемством и направленностью на изменение организационно-правовой формы хозяйствующего субъекта, в результате которой вновь созданному юридическому лицу одного вида передаются все права и обязанности реорганизуемого юридического лица другого вида, с прекращением существования последнего.

Придание данной дефиниции легального статуса путем ее закрепления среди общих положений первой части ГК РФ, на наш взгляд, позволит устранить один из пробелов законодательного регулирования соответствующей формы реорганизации, исключит в дальнейшем нарушение единства используемой терминологии, обеспечит единообразие понимания и применения юридического термина «преобразование» и, тем самым, упростит правоприменительную деятельность. Включение указанного определения в понятийный аппарат ГК РФ, по нашему мнению, будет способствовать более эффективному регулированию отношений, возникающих в связи с проведением реорганизации юридических лиц в форме преобразования.

Представляется целесообразным также внести соответствующие изменения в акты гражданского законодательства, которые содержат нормы, регламентирующие проведение реорганизации хозяйствующих субъектов в форме преобразования (в частности, в ФЗ «О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», в ФЗ «Об акционерных  обществах», в Методические рекомендации по формированию бухгалтерской отчетности при осуществлении реорганизации организаций) с тем, чтобы обеспечить правильное и согласованное использование правовой категории «преобразование» и привести  положения  названных  нормативных  актов в соответствие с положениями ГК РФ.

 

Литература:

  1. Азаров М.С., Астанин В.В., Барзилова И.С. и др. Антикоррупционная экспертиза нормативно-правовых актов и их проектов. М.: проспект, 2010. – 96 с.
  2. Алексеев С.С. Теория права. М.: Норма, 2005. – 565 с.
  3. Витушко В. Право на собственность и новые формы хозяйствования // Хозяйство и право. – 1991. – №10. – С.64 – 68.
  4. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 №51-ФЗ (ред. от 16.12.2019) // СПС «Консультант-плюс».
  5. Закон РСФСР от 25 декабря 1990 г. № 445-1 «О предприятиях и предпринимательской деятельности» (ред. от 30.11.1994) (документ утратил силу) // Ведомости СНД и ВС РСФСР. 27.12.1990. № 30. ст. 418.
  6. Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик, утв. ВС СССР 31 мая 1991 г. № 2211-1 (ред. от 26.11.2001) (документ утратил силу) // Ведомости СНД и ВС СССР. 26.06.1991. № 26. ст. 733.
  7. Предпринимательское право. Под ред. Н.И. Клейн. М.: Юрид. лит-ра, 2012. – 481 с.
  8. Приказ Минфина РФ от 20 мая 2003 г. № 44н «Об утверждении Методических указаний по формированию бухгалтерской отчетности при осуществлении реорганизации организаций» (Зарегистрировано в Минюсте РФ 19.06.2003 №4774) (ред. от 25.10.2010) // Российская газета. №127. 02.07.2003.
  9. Федеральный закон от 29.07.2017 №217-ФЗ (ред. от 03.08.2018) «О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // СПС «Консультант-плюс».
  10. Федеральный закон от 26.12.1995 №208-ФЗ (ред. от 04.11.2019) «Об акционерных обществах» // СПС «Консультант-плюс».

 

[1] Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 №51-ФЗ (ред. от 16.12.2019) // Справочно-правовая система (далее – СПС) «Консультант-плюс».

[2] Закон РСФСР от 25 декабря 1990 г. № 445-1 «О предприятиях и предпринимательской деятельности» (ред. от 30.11.1994) (документ утратил силу) // Ведомости СНД и ВС РСФСР. 27.12.1990. № 30. ст. 418.

[3] Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик, утв. ВС СССР 31 мая 1991 г. № 2211-1 (ред. от 26.11.2001) (документ утратил силу) // Ведомости СНД и ВС СССР. 26.06.1991. № 26. ст. 733.

[4] Федеральный закон от 29.07.2017 №217-ФЗ (ред. от 03.08.2018) «О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // СПС «Консультант-плюс».

[5] Приказ Минфина РФ от 20 мая 2003 г. № 44н «Об утверждении Методических указаний по формированию бухгалтерской отчетности при осуществлении реорганизации организаций» (Зарегистрировано в Минюсте РФ 19.06.2003 №4774) (ред. от 25.10.2010) // Российская газета. №127. 02.07.2003.

[6] Федеральный закон от 26.12.1995 №208-ФЗ (ред. от 04.11.2019) «Об акционерных обществах» // СПС «Консультант-плюс».

[7] Азаров М.С., Астанин В.В., Барзилова И.С. и др. Антикоррупционная экспертиза нормативно-правовых актов и их проектов. М.: проспект, 2010. С.72 – 74.

[8] Алексеев С.С. Теория права. М.: Норма, 2005. С.29.

[9] Предпринимательское право. Под ред. Н.И. Клейн. М.: Юрид. лит-ра, 2012. С.38; Витушко В. Право на собственность и новые формы хозяйствования // Хозяйство и право. – 1991. – №10. – С.65.