УСЛОВНОЕ ДЕПОНИРОВАНИЕ (ЭСКРОУ)

Одним из ключевых нововведений в Гражданском кодексе Российской Федерации (далее – ГК РФ) было включение в состав договоров такой конструкции как условное депонирование или эскроу. Это новый для российского права институт, который в странах англо-саксонской правовой системы получил широкое распространение благодаря той задачи, которую он позволяет решать – устранение недоверия между двумя контрагентами.

Согласно статье 926.1 ГК РФ по договору условного депонирования (эскроу) депонент обязуется передать на депонирование эскроу-агенту имущество в целях исполнения обязательства депонента по его передаче другому лицу, в пользу которого осуществляется депонирование имущества (бенефициару), а эскроу-агент обязуется обеспечить сохранность этого имущества и передать его бенефициару при возникновении указанных в договоре оснований.

         Особенность эскроу состоит в том, что в отличие от практического большинства иных поименованных в части второй ГК РФ конструкций, он является трехсторонним договором, где в качестве особого посредника между «основными» сторонами (депонентом и бенефициаром) выступает эскроу-агент. Такое нормативное закрепление сразу же вызвало дискуссию о субъектном составе данного договора и, в том числе, о возможности нотариусов выполнять функции эскроу-агентов[1].

         В соответствии с п. 1 ст. 926.8 ГК РФ одним из оснований прекращения договора эскроу является прекращение полномочий нотариуса, являющегося эскроу-агентом, из чего следует, что нотариус может выступать в роли эскроу-агента именно как сторона договора.

         Однако, вместе с вступлением в силу изменений в части второй ГК РФ, 4 пунктом была дополнена ст. 327 ГК РФ, в соответствии с которым, в случае передачи нотариусу на депонирование движимых вещей, безналичных денежных средств или бездокументарных ценных бумаг на основании совместного заявления кредитора и должника к таким отношениям подлежат применению правила о договоре условного депонирования, поскольку иное не предусмотрено законодательством о нотариате. Из толкования данной статьи следует, что поскольку правила об эскроу только «подлежат применению», то сам нотариус стороной договора выступать не может.

Этот ключевой вывод нашел отражение в Письме Федеральной нотариальной палаты от 20.06.2018  №3041/03-16-3 «О договоре условного депонирования (эскроу) и договоре публичного депозитного счета» (далее – Письмо), где сказано, что «выполняя функции эскроу-агента, нотариус выступает гарантом исполнения обязательств депонента и проведения расчетов между сторонами, однако непосредственно стороной сделки не является (изъятие из общего правила, предусмотренного пунктом 1 статьи 926.1 ГК РФ)». И далее, в этом Письме поясняется характер такого изъятия: «для целей передачи нотариусу имущества на депонирование договор эскроу не заключается».

         Более того, «изъятие» нотариусов из круга лиц, которые могут выступать в гражданском обороте в качестве эскроу-агентов, также вытекает из общих положений Основ законодательства Российской Федерации о нотариате (далее – Основы), в частности, статьи 6, где указывается на ограничения в деятельности нотариусов. Так, нотариус не вправе заниматься предпринимательской и другой оплачиваемой деятельностью, а исполнение функций эскроу-агента, не иначе как предпринимательскими не назовешь. 

Кроме того, в соответствии с той же статьей 6 Основ нотариус не вправе оказывать посреднические услуги при заключении договоров. А в ситуации, в которой нотариус выступает полноправной стороной при заключении договора и где он не только исполняет договоренности депонента и бенефициара, а сам, фактически, способствует выработке некоторых положений соглашения, данный запрет нарушается прямым образом.

В данном случае можно заметить определенные противоречия между, с одной стороны, общими положениями об исполнении обязательств и специальными нормами о договоре условного депонирования, а с другой стороны – между общими положениями об эскроу и специальными нормами о нотариате. Но, нарушение принципа lex specialis derogat generali в данной ситуации не наблюдается. Положение о том, что договор условного депонирования прекращается, если будет приостановлена деятельность нотариуса, само по себе является ошибочным, так как в отношениях между сторонами, где нотариус выполняет функции эскроу-агента, договор условного депонирования не заключается, а прекращение полномочий нотариуса[2] приводит к окончанию соглашения между сторонами о депонировании имущества нотариусу.

Таким образом, требует законодательного реформирования ст. 926.1 ГК РФ, содержащая положения о прекращении договора эскроу в части формулировки о прекращении полномочий нотариуса. Можно предложить следующую редакцию данной статьи: «Договор эскроу прекращается вследствие смерти гражданина, являющегося эскроу-агентом, признания его недееспособным, ограниченно дееспособным, ликвидации эскроу-агента, являющегося юридическим лицом, истечения сроков договора эскроу, а также по иным основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом и другими федеральными законами».

 

Использованные источники

 

  1. Демкина А. В. Договор условного депонирования и участие в нем нотариуса в качестве эскроу-агента // Нотариус. 2018. № 4. С. 19.
  2. Поваров Ю. С. Основания прекращения договора условного депонирования (эскроу) // Вестник Омского университета. Серия «Право». 2018. №2. С. 80-84.