СПАД ПРОМЫШЛЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА НА УРАЛЕ

DECLINE IN INDUSTRIAL PRODUCTION IN THE URALS

С XVIII века историю уральской промышленности «писали» отдельные личности и кланы - за два с половиной столетия в роли заводовладельцев побывали около 800 человек. Демидовы, Строгановы, Яковлевы, Пашковы, Турчаниновы, Шуваловы - их список напоминает перепись самых знатных фамилий Российской империи. Но в конце XIX – начале XX века привычная картина изменилась до неузнаваемости: к 1917 г. индивидуальные владельцы оставались только у восьми из 28 горнозаводских округов Урала. Остальные округа перешли во владение крупных акционерных обществ [4, С. 406].

Конец XVIII века ознаменовался тем, что горные заводы Урала выпускали огромное количество железа, что привело к перенасыщению Европы. На уральских заводах работали крепостные крестьяне, что подразумевало дешевую (бесплатную) рабочую силу. Также еще одним показателем успешности уральских заводов было то, что работа машин на заводе приводилась в движение силой воды (водобойные машины). В это же время в Англии началась научно-техническая революция, в результате которой инженером Уаттом была создана паровая машина.

Англия делает ставку на паровой машине в промышленности и в итоге Британское производство начинает набирать обороты. В то время как Уральские горнозаводчики продолжали работать по старинке. Итогом развития прогрессивных технологий в Европе стал рост промышленности, что негативным образом отразилось на промышленности Урала. Началось массовое разорение заводов. Европейский рынок для них был утрачен, так как уральское железо становится дороже. Для того, чтобы как-то поднять производство было принято решение ужесточение дисциплинарных взысканий на заводах. Было принято решение о вводе в чин офицеров горных инженеров. Данное решение опиралось на то, что казарменное производство удешевит продукцию и на модернизацию заводов тратиться не придется [7, С. 86].

Однако к середине 19 века водобойные машины окончательно устарели и разорение уральских заводчиков достигло апогея. Данное обстоятельство было усилено так же тем, что наиболее крупные заводчики не желали вникать в дела своих заводов. Так, к примеру, Демидовы жили праздной жизнью, покупали титулы, время от времени продавая свои наиболее убыточные заводы.

Однако не все горнозаводчики могли продать свои заводы. Так, к примеру, Строгановы объявили часть родовых владений майоратом. Это собственность, которая должна принадлежать роду Строгановых вечно. И никто не сможет ее ни продать, ни разделить, ни отдать в приданое. Все члены рода получают лишь процент с прибыли. В майорат входит только самое ценное: два десятка уральских заводов, роскошные дворцы, набитые шедеврами западноевропейской живописи [2, С. 51].

Часто случалось так, что тяжелую финансовую ситуацию усугубляло то, что многие хозяева заводов были плохими топ-менеджерами. В крайнем случае к разрешению кризисной ситуации приходилось подключаться российским властям. Николай II порой лично выдавал распоряжения о спасении того или иного промышленника, оказавшегося на грани банкротства [8, С. 39].

Так, к примеру, спасали Холуницкий горнозаводской округ, принадлежавший роду Поклевских-Козелл, история которого тесно связана с Екатеринбургом. После смерти Альфонса Фомича Поклевского-Козелл, которого величали водочным королем Урала, при разделе имущества в конце XIX века этот горнозаводский округ достался его младшему сыну Ивану. Игрок и не самый умелый предприниматель, он довел округ до банкротства: остановка производства грозила серьезными проблемами для многотысячного заводского населения, оставшегося без работы и средств существования. На докладе министра финансов С.Ю. Витте по этому острому вопросу Николай II написал: «Я боюсь, что целое селение, живущее работою на этих заводах, останется без куска хлеба. Это необходимо предотвратить». Немедленно были выделены деньги из казны и организована временная конкурсная администрация, которой поручили вместо владельца управлять округом. В итоге государству пришлось пойти на беспрецедентный шаг — выкупить этот округ в казенное владение [5, С. 50]. 

В массе заводов, находившихся в 50-х годах XIX века в ведении горного департамента, уральские заводы составляли большинство — 166 заводов из 224, или 74,1 %3. Доля уральских заводов в общерусской выплавке чугуна, железа и меди в это время продолжала оставаться весьма вну­шительной, хотя в течение шестого десятилетия она несколько уменьшилась. Если, в 1851 году в России было выплавлено 13 184 000 пудов чугуна, а Урал дал из них 10874432 пуда (82,4%), то в 1860 году доля уральских заводов была равна — 14 513 333 пудам из 18198 000 пудов общерусской выплавки (79,7% ). Уменьшение доли Урала за десятилетие имело место и по железу: так в 1851 году уральские заводы дали 7 837 602 пуда железа из 9 539 454 пудов (82,1 %., а в 1860 году 10 111140 пуда из 12 844 654 пудов (78,7% ) [1, С. 65].

В дальнейшем произошло событие, которое подстегнуло спад промышленного производства на Урале – было отменено крепостное право. В итоге в 1861 году все заводы стали убыточными. Демидовы продают свои заводы, Строгановы вынуждены заниматься бизнесом, в результате чего начинают производить востребованную на внутреннем рынке продукцию. Например, завод в поселке Кын перешел на выпуск сельхозинвентаря - косы, вилы, гвозди, подковы вместо пушек. На потребу местного рынка. И работает еще 40 лет. В стране начинается капитализм [3, С. 115].

В 1899 году на Урал едет Дмитрий Менделеев для того, чтобы оценить ситуацию на месте и дать рекомендации по модернизации  и восстановлению промышленности. Им было выявлено, что остатки крепостнической горнозаводской державы сохраняя себя, загораживают дорогу техническому прогрессу. Причина спада промышленного производства не в оскудении минеральных богатств Урала, а в неорганизованности и рутине заводского дела. В качестве рекомендаций была заявлена необходимость вливания «свежей крови» в уральскую промышленность. Предлагались разные меры, например построить 4 железные дороги чтобы связать угольные месторождения Экибастуза, железорудное месторождение гору Магнитную и рудники Бакала с заводами, выйти на Западно-Сибирскую магистраль. Многие из рекомендаций Менделеева были выполнены только после революции и Урал снова стал промышленным хребтом России [6, С. 49].

 

Список использованной литературы

 

  1. Безобразов В.М. Уральское горное хозяйство и вопрос о продаже казенных горных заводов. СПб., 1869.// Бакунинские чтения. 2018. – С.63-72.
  2. Горовой Ф.С. Падение крепостного права на горных заводах Урала. Пермь, 1961.
  3. Кеппен А.П. Материалы для истории и статистики железной промышленности России: Внешняя торговля и тариф. СПб., 1896.
  4. Мамин-Сибиряк Д.Н. Один из анекдотических людей // Собр. соч. М., 1955. Т. 8. С. 403–414.
  5. Мударисов Р.З. Промышленность Южного Урала в первой половине XIX века. Уфа, 2003.
  6. Струмилин С.Г. История черной металлургии в СССР. М., 1954. Т. 1.
  7. Шилов А.В. К вопросу о влиянии войн начала XIX века на положе­ние горнозаводской промышленности Урала // Вопросы истории Урала. Пермь, 1966. С. 82–91.
  8. Яцунский В.К. Социально-экономическая история России XVIII– XIX вв. М., 1973.