Правовой институт реабилитации в российском уголовном процессе

Legal Institute for Rehabilitation in Russian Criminal Proceedings

Институт реабилитации лиц, которые незаконно или необоснованно были подвергнуты осуждению, ограничению прав и свобод, является в современном уголовном судопроизводстве значительным средством достижения справедливости. Отметим, что термин «реабилитация» уже довольно долго применяется в научной сфере (со времен периода Средневековья). Данный термин впервые был употреблен французским юристом Блейнианусом. Термин «реабилитация» в изначальной своей трактовке понимался как институт помилования, в рамках которого должны были восстанавливаться все имеющиеся ранее права осужденного.

В Российском государстве на законодательном уровне содержится легальная дефиниция реабилитации. В частности, в ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса РФ [3] предусматривается, что реабилитацией признается установленный законом порядок восстановления прав и свобод лица, который без законных или без обоснованных оснований был подвергнут уголовному преследованию, в результате которой [в результате реабилитации] предполагается возмещение вреда, причиненного такому лицу. В этой связи стоит также указать на то, что на конституционном уровне предусматриваются обязательства российского государства, обусловленные необходимостью возмещению любого вреда, возникшего в результате совершения действий (или в результате бездействия) незаконного характера органов государственной власти или их должностных лиц. Указанные положения закреплены в ряде конституционных нормах, а именно, в ст.ст. 2, 53 Конституции РФ [1].

Рассматривая особенности института реабилитации в современном уголовном судопроизводстве, а также его потребность и функциональное назначение, стоит отметить, что он прежде всего проистекает из соответствующих функций государства, а именно, носящих гуманистический аспект. Государству присущи различные функции, их классификация может проводиться по разным основаниям. Например, государству присущи нравственные, компенсационные и политические функции. Р.В. Гаврилюк, характеризуя институт реабилитации, в отношении нравственной функции государства указывает, что она заключается прежде всего в обеспечении такой фундаментальной категории, как справедливость. Это в первую очередь означает, что у любой личности должно быть чувство защищенности перед законом, в том числе от действий (или бездействия) незаконного характера государства [4, с. 54].

Нормы, которые регламентируют в установленном порядке в России реабилитационные правоотношения, впрочем, как и в целом нормы уголовно-процессуального характера, исходят от государства. Такие нормы располагаются как в Конституции, так и разного рода законодательных и подзаконных актах. Особенностью данных норм является то, что им присуща высшая юридическая сила, все должны их соблюдать. Применение таких норм является многократным и однотипным. Анализируя положения и правила института реабилитации в аспекте действующих уголовно-процессуальных норм (ч. 1 ст. 133 УПК РФ), отметим установление в отношении государства соответствующих мер ответственности. При этом, такая ответственность находит свое выражение в двух аспектах. Во-первых, в принуждении, и во-вторых, в способности максимально полного возмещения причиненного гражданину вреда, обусловленного уголовным преследованием такого гражданина. Немаловажным является указание на то, что наличие или отсутствие вины со стороны соответствующих правоохранительных органов не имеет в этом отношении существенного значения.

Глава 18 УПК РФ, посвященная реабилитации в современном уголовном судопроизводстве, носит общеобязательный характер. Положения данного уголовно-процессуального института адресованы лицам, имеющим право на реабилитацию, и имеют самое прямое отношение к государству. Следует таким образом отметить, что реабилитируемый гражданин сможет в полном объеме реализовать свои субъективные права только тогда, когда со стороны противоположного субъекта в должной степени будет произведено исполнение возложенных обязанностей (в данном случае таким противоположным субъектом как раз и является государство, представленное соответствующими органами и должностными лицами). Так, из ч. 1 ст. 136 УПК РФ вытекает такая корреспондирующая связь: праву лица, который вправе требовать осуществление собственной реабилитацию, компенсации причиненного морального вреда соответствует обязанность уполномоченного должностного лица государства - прокурора - принести официальное извинение (такое извинение приносится от имени государства) за тот вред, который этому лицу был причинен.

Реабилитация, по справедливому указанию А.А. Яшина, является сложным социально-правовым феноменом [10, с. 38].

Для наиболее точного понимания сущности института реабилитации в уголовном процессе, рассмотрим имеющиеся в юридической науке мнения по рассматриваемой проблематике.

Ряд авторов (например, к ним относится Н.А. Хузина) предлагают считать реабилитацию только как одну из возможностей восстановления прав и доброго имени лица, в отношении которого было осуществлено незаконное и необоснованное уголовное преследование [9, с. 12]. Это означает, что сторонники этого мнения полагают, что посредством реабилитации является возможным возвращение утраченных возможностей, преимуществ, прав, ликвидация установленных правоограничений, восстановление в полном объеме правоспособности.

Другая часть авторов (например, к ним относится А.Н. Глыбина) по реабилитации предлагают понимать восстановление в максимальное возможной степени прав лица, а также совершение действий, направленных на полное возмещение такому лицу причиненного ущерба в имущественной сфере, а также на компенсацию морального вреда [5, с. 8].

Также отметим исследователей (например, к ним относится Л.И. Корчагина), которые в своих трудах сопоставляют реабилитацию лица непосредственно с фактом оправдания лица, в отношении которого было допущено уголовное преследование без достаточных к тому оснований, или с фактом прекращения уголовного дела по реабилитирующим основаниям [7, с. 273]. Можно в связи со сказанным заключить, что реабилитация по своему содержанию означает по большому счету оправдание лица. То есть лицо, которое было оправдано, уже автоматически считается реабилитированным, и что касается непосредственно процесса реабилитации лица, то он оканчивается в тот момент, когда судом провозглашается оправдательный приговор. Конечно, как правило, после того, как приговор вступает в силу, какие-то правовые последствия после осуществленной реабилитации еще возникают, но все же их наступление исследователями рассматриваемого подхода уже связывается с реализацией лицом, признанного реабилитированным, своего субъективного права на возмещение вреда.

Как показывает проведенный анализ различных точек зрения относительно института реабилитации, в данном вопросе присутствуют расхождения, что, как представляется, объясняется в первую очередь существованием в действующем законодательстве противоречий и неопределенностей. Это в конечном итоге создает трудности для правоприменителя при отграничении стадии вынесения оправдательного приговора и наступления после этого соответствующего этапа реабилитации. Также трудности возникают при отграничении на практике статуса «оправданного» и «реабилитированного».

Думается, что это объясняется тем, что законодатель не закрепил в УПК РФ определения таких терминов, как «оправдание» и «оправданный». При этом, в настоящее время в УПК РФ содержатся легальные дефиниции таких терминов, как «обвинение» и «обвиняемый» (п. 22 ст. 5, ст. 47). Кроме того, если обратиться к перечню участников уголовного судопроизводства, который установлен законодателем, то мы увидим, что в нем нет реабилитируемого лица. Конкретный механизм исполнения, вынесенного судом оправдательного приговора действующим законодательством, по большому счету, не регламентирован (применительно к существующим стадиям уголовного судопроизводства). Данный механизм возникает после осуществления волеизъявления оправданного лица. В данном исследовании было выяснено, что действующим законодательством реабилитация оправданных лиц отнесена к обязанностям государства. Если по каким-то причинам у оправданного лица не возникнет желания реализовать принадлежащее ему на законном основании право на реабилитацию, то в таком случае со стороны государства — это лицо не быть объявлено реабилитированным. Соответственно, лицо будет в итоге не реабилитировано, а оно так и останется всего лишь в статусе оправданного. В связи с этим компетентные органы или должностные лица в соответствующем акте оправдывают человека, и также вместе с этим реабилитируют его, и помимо этого осуществляют работу по разъяснению ему права на реабилитацию. Что касается этого лица, то оно уже самостоятельно в дальнейшем будет решать, следует ли ему реализовывать право на реабилитацию (это прежде всего его право, а не обязанность).

Проведенный анализ современного института реабилитации в уголовном процессе, позволяет выделить в нем таких характерные черты как всеобщность, абстрактность, общее установление. На государственном уровне осуществляется регламентация правил поведения любых лиц, вовлеченных в уголовно-процессуальные отношения. Посредством норм права государство регламентирует цель уголовного процесса, которая заключается в необходимости определения истины в соответствующем деле. Кроме того, немаловажным является совершение со стороны уполномоченных государственных органов действий, направленных на восстановление нарушенных прав и честного имени тех, в отношении которых было допущено осуждение и преследование без законных и обоснованных на то оснований.

Относительно всеобщности института реабилитации в уголовном процессе отметим, что он обусловлен складывающимися на всем протяжении своего развития изменениями от довольно-таки примитивного права «помилования» до совершаемого государством акта покаяния перед лицом, признанным «без вины виноватыми». Общество постепенно стало осознавать необходимость закрепления за любым цивилизованным государством обязанность, связанную несением перед человеком ответственности в случае незаконного его осуждения либо уголовного преследования.

Что касается абстрактности института реабилитации, отметим, что в этом случае имеется ввиду абстрагирование закона от индивидуальности. На указанную характерную черту института реабилитации обращает внимание в своей работе Л.И. Корчагина [6, с. 143]. Абстрактность института реабилитации является важной чертой, поскольку если бы нормы данного института были бы каким-то образом индивидуализированы, то тогда случаи предвзятости к отдельному реабилитируемому носили бы распространенный характер. В качестве примера можно привести возможный случай, когда одному лицу возместили бы вред, возникший в имущественной сфере, а другому реабилитируемому лицу восстановили бы некоторые жилищные или пенсионные права. Конечно, трудно спорить в тем, что для демократического правового государства такое положение вещей является неприемлемым.

Государство выражает волю всего общества, в действительности отображает общее установление уголовно-процессуальных норм, которыми осуществляется регламентация института реабилитации. 

В рамках данного исследования отметим, что уголовно-процессуальные нормы в институте реабилитации носят довольно-таки специфичный характер, это находит свое проявление прежде всего в выполнении ими правоохранительной и регулятивной функций. Особенность правоохранительной функции состоит в том, то она выражается в осуществлении воздействия на поведение субъектов непосредственно со стороны государства. Указанная функция реализуется в обеспечении гарантий прав человека, максимально возможной исполнимости запретов и санкций. В конечном итоге данная функция получает дальнейшую конкретизацию в охранительных правоотношениях. Направленность охранительных правоотношений в сфере реабилитации состоит в защите личности от осуждения без законных к тому оснований, от разного рода ограничений свобод и прав; а также в охране прав невиновных лиц от уголовного наказания и реабилитации всех тех, кого необоснованно и незаконно осудили или осуществляли преследование (ст. 6 УПК РФ). Институту реабилитации в уголовном процессе присуща двойственная природа возникающих в нем противоречий. В этом аспекте следует обратить внимание на такие противоречия:

- во-первых, лицо исполняет правовые нормы, а уполномоченные органы и соответствующие должностные лица не исполняют такие нормы или исполняют не в полной мере;

- во-вторых, государство обязало уполномоченные органы и соответствующих должностных лиц исполнять правовые нормы, а такие органы и должностные лица их не исполняют такие нормы или исполняют не в полной мере.

В предоставлении субъектам прав и возложенных на них обязанностей, а также в установлении их правового статуса проявляется регулятивная функция. Согласимся с высказанным Н.А. Хузиной мнением, что от того, как именно будет выполняться правоохранительная функция уголовном процессе, в конечном итоге зависит насколько эффективной является регулятивная функция [8, с. 46]. Отечественный законодатель предусмотрел в гл. 18 УПК РФ конкретный перечень вопросов, которые должны быть обязательно разрешены в процессе вынесении реабилитационного решения, а также последовательность разрешения таких вопросов. В частности, на законодательном уровне гарантировано право лица, в отношении которого был вынесен оправдательный приговор, на реабилитацию. Из ч. 1, 2 ст. 133 УПК РФ следует, что указанное право находит свое выражение в нескольких аспектах:

- в осуществлении возмещения реабилитированному лицу вреда, возникшего у него в имущественной сфере;

- в том, чтобы были устранены последствия причиненного такому лицу морального вреда;

- в том, чтобы были восстановлены также и иные права, принадлежавшие реабилитированному лицу (это, например, могут быть пенсионные, жилищные, трудовые права).

При осуществлении незаконного процессуального принуждения лица в процессе производства по конкретному уголовному делу на законодательном уровне в настоящее время закреплена только возможность возмещения вреда, без признания права этого лица на реабилитацию.

Немаловажным является указание на то, что для современного института реабилитации свойственен уголовно-процессуальный характер. Это объясняется тем, что юридический факт признания за человеком права на реабилитацию и со всеми вытекающими из этого последствиями, обусловлены прежде всего наличием уголовно-процессуальных отношений. В уголовно-процессуальных нормах определяются конкретные основания для возможной реабилитации лица, четко оговариваются категории лиц, в отношении которых возможным является применение норм о реабилитации (это все позволяет говорить о главенствующем положении уголовно-процессуальных норм в институте реабилитации). По поводу норм гражданского законодательства (в первую очередь, это нормы Гражданского кодекса Российской Федерации [2]) необходимо указать, что их применение только тогда будет возможным, когда необходимо регулировать отношения по возмещению имущественного вреда и компенсации причиненного моральный вред. То есть в этом случае становится очевидным, что здесь идет речь не о праве на возмещение вреда, а о той конкретной денежной сумме, который полагается реабилитированному лицу. А это не что иное, как гражданско-правовой спор, характерной особенностью которого является то, что он берет свое начало из уголовно-процессуальных отношений.

Суды не всегда стремятся рассматривать в первоочередном порядке вопросы, связанные с реализацией права на реабилитацию (возмещение вреда), о которых говорится в ст.ст. 397, 399 УПК РФ. Конечно, эти дела не остаются вовсе без рассмотрения, поскольку ими занимаются уже в дальнейшем суды в рамках гражданского судопроизводства. Суды общей юрисдикции, в приговорах, которыми подсудимый оправдывается, зачастую всего лишь указывают на то, что за ним на законодательном уровне закреплена возможность реализации права на реабилитацию.

В исковых требованиях реабилитируемого лица, зачастую содержатся как требования о возмещении причиненного имущественного вреда, так и о компенсации морального вреда. Таким требованиям реабилитируемого лица присущ взаимосвязанных характер, поскольку они являются следствием права на реабилитацию, и рассмотрение их в различном порядке затягивает судебный процесс (что по понятным причинам нельзя признать оправданным). Кроме того, в определенной степени затрудняется порядок доступа к правосудию.

Таким образом, проведенный анализ института реабилитации в уголовном процессе, в качестве вывод отметим, что институту возмещения вреда присущ сложный комплексный характер. Его истоки начинаются в уголовно-процессуальных нормах и уже далее, при наличии законных оснований, находит свое продолжение в гражданском процессе. Несмотря на довольно полную регламентацию института реабилитации в уголовном процессе, как представляется, целесообразным было бы принятие в нашей стране на федеральном уровне закона, посвященного правоотношениям, складывающимся в результате необходимости возмещения вреда, причиненного незаконными и необоснованными действиями органов государства и их должностными лицами.

Список литературы:

  1. Конституция РФ (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 года) (с учетом поправок, внесенными Законами РФ о поправках к Конституции РФ № 6-ФКЗ от 30 декабря 2008 г., № 7-ФКЗ от 30 декабря 2008 г., № 2-ФКЗ от 05 февраля 2014 г., № 11-ФКЗ от 21 июля 2014 г.) // Российская газета. 2009. 21 июля.
  2. Гражданский кодекс РФ (часть вторая) от 26 января 1996 г. № 14-ФЗ (в ред. от 03 июля 2019 г.) // СЗ РФ. 1996. № 5. Ст. 410.
  3. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ (в ред. от 4 ноября 2019 г.) // СЗ РФ. 2001. № 52 (часть I). Ст. 4921.
  4. Гаврилюк Р.В. Реабилитация в российском уголовном процессе: вопросы теории и практики: Дисс. ... канд. юрид. наук / Нижегор. акад. МВД России. Казань, 2007. 189 с.
  5. Глыбина А.Н. Реабилитация и возмещение вреда в порядке реабилитации в уголовном процессе РФ: Автореф. дис. ... к. ю. н. Томск, 2006. 24 с.
  6. Корчагина Л.И. К вопросу о понятии и сущности реабилитационных правоотношений в уголовном судопроизводстве России // Актуальные проблемы российского права. 2015. № 7. С. 143-149.
  7. Корчагина Л.И. О некоторых аспектах содержания понятия «реабилитация» в отечественном законодательстве и юридической литературе // Пробелы в российском законодательстве. 2013. № 5. С. 271-274.
  8. Подопригора А.А., Чупилкин Ю.Б. Актуальные вопросы института реабилитации в российском уголовном процессе // Российская юстиция. 2015. № 7. С. 46-50.
  9. Хузина Н.А. Особенности уголовно-процессуальной реабилитации лиц, необоснованно привлеченных к уголовной ответственности за преступления против государственной власти: Дис. ... к. ю. н. Воронеж, 2007. 247 с.
  10. Яшина А.А. Реабилитация в уголовном процессе // Российская юстиция. 2017. № 3. С. 38 - 41.