В исследовании обращено внимание на локус древних охотников на лося таежной зоны Евразии, который сохранился к началу XXI в. на ограниченной территории  приполярной Якутии. Показано, что ранние этапы истории юкагиров-охотников соотносятся с сумнагинской археологической культурой Якутии. Возможным этническим ядром сумнагинцев были уралоязычные племена – предки юкагиров. В неолите и в период ранних металлов Якутию заселяли пришлые племена, что привело к размыванию уралоязычного субстрата. Показателями пришлой культуры являются грунтовые захоронения, не свойственные традиционной похоронной обрядности юкагиров. В начале II тыс. н.э. племенные образования юкагиров из Южной и Центральной Якутии отступили на северо-восток. Памятниками юкагирской культуры на этих территориях являются топонимы, гидронимы, наскальные рисунки, археологические материалы стоянок и мастерских. В XVIII в. юкагиры жили вдоль северной границы Якутии. С XX в. по статистическим данным значатся две территориальные группы. На р. Колыме в нижнем течении проживают оленеводы, тундровые юкагиры (вадулы). Верховья р. Колымы занимают лесные юкагиры (одулы), охотников на лося, пушного зверя, перелетную птицу, летом и осенью – рыболовы. Село Нелемное Верхнеколымского улуса РС(Я) является центром наслежной администрации и юкагирской родовой общины «Тэки Одулок».

С использованием методов историко-системного и геокультурого анализа показано, что юкагиры родовой общины «Тэки Одулок» сохраняют сложившийся еще в древности присваивающий тип хозяйства и репрезентируют локус древних охотников на лося Северной Евразии. Одулы занимают пассивную позицию к своему «кормящему ландшафту» и заинтересованы в длительном сохранении его in situ. В мировоззрении сочетают хозяина «кормящего ландшафта» и языческого просителя у природы.

С организацией колхозов в Колымском крае в 1930-х гг. лесные юкагиры стали осваивать новые виды хозяйственной деятельности: животноводство, звероводство, огородничество. В перестроечный период 1990-х гг. создавались и распадались одна за другой родовые общины «Юкагир», «Розовая чайка», «Тэки Одулок», «Одул». Предполагалось заниматься заготовкой и вывозом древесины, шитьем меховых изделий, туризмом. Многие начинания, просуществовав короткое время, распадались. Основная причина кроется в традиционном годовом хозяйственном цикле (ГХЦ). Мужское население ведет полукочевой образ жизни. Осенью охотники выезжают на места промыслов пушных зверей, добывают лосей для личного потребления и возвращаются в конце зимы – начале весны. Летом с семьями выезжают на рыбную ловлю, осенью идет массовая заготовка рыбы. В межсезонье промысловикам перепадают случайные заработки. Единственным домашним животным с древности является собака. Юкагирская община «Тэки Одулок» при таком ГХЦ не может вести многоотраслевое производящее хозяйство, предлагавшееся для оптимизации ее деятельности.

«Кормящий ландшафт» одулов (до 300 чел.) продолжает сокращаться. Последние территориальные потери произошли в 1974 г.: в ведение Верхнеколымского района отошли лучшие охотничьи угодья по притоку р. Колымы – р. Шаманиха. В 1990-х гг. там нашли золото, началась его разработка старателями. В условиях поликультурного пограничья сохранение гармонии природного и общественного снижает напряженность иноэтнического влияния. Нарушение этого баланса ставит под сомнение дальнейшее существование раритетной одульской культуры.

В области национальной политики для сохранения уникального локуса древних охотников таежной зоны Сибири, уцелевшего на ограниченной территории Верхнеколымского улуса РС(Я), экономически выгодно не продолжать попытки реформирования возникшего еще в каменном веке ГХЦ, а признать территорию юкагирской родовой общины «Тэки Одулок» в качестве особо охраняемой природной и культурно-экономической зоны Международного значения. Сохранение нетронутой преобразовательной деятельностью человека тайги и ее ресурсов как «кормящего ландшафта» на верхней Колыме обеспечит существование уникальной одульской охотничьей культуры в исторической перспективе.

 

Литература

Жукова Л.Н. Очерки по юкагирской культуре. – Ч. II. – Мифологическая модель мира. – Новосибирск: Наука, 2012. – 360 с.

Замятин Д.Н. Геокультурное пространство Арктики: онтологические модели воображения // Геокультуры Арктики: методология анализа и прикладные исследования. – М.: Канон+, 2017. – С. 28–37.

Иохельсон В.И. Юкагиры и юкагиризированные тунгусы / Пер. с англ. В.Х. Иванова и З.И. Ивановой-Унаровой. – Новосибирск: Наука, 2005. – 675 с.

Каганский В.Л. Культурный ландшафт: основные концепции в Российской этнографии // Обсерватория культуры: журнал-обозрение. – 2009. – № 1. –  С. 62–70.

Мочанов Ю.А. Древнейшие этапы заселения человеком Северо-Восточной Азии. – Новосибирск: Наука, 1977. – 264 с.