Цель исследования – когнитивно-ориентированный анализ смыслового наполнения и когнтивных признаков универсального концепта СНЕЖНОСТЬ по данным различных источников на языке тундровых юкагиров (далее ТЮ) – лексикографические и фольклорные тексты, а также материалы, опубликованные носителями юкагирского языка и культуры. Объект исследования субконцепт СНЕЖНОСТЬ соотносится, по нашему мнению, с главным или т.н. кластерным концептом ХОЛОД и является одним из его ключевых элементов.

Исследование базируется на теоретических принципах анализа культурно-значимой информации, сформулированных в трудах Ю.С. Степанова, Р. Джакендоффа, Дж. Лакоффа, и др. Определение когнитивного подхода как преобладающего в современном языкознании обусловил обращение к трудам З.Д. Поповой, И.А. Стернина, Е.С. Кубряковой и др.

Концепт СНЕЖНОСТЬ, базирующийся на объективном явлении природы, в юкагирском языке вербализуется посредством нейтральной единицы эримэ, которое, помимо прямого значения ‘снег’, имеет также переносное для обозначения холодного времени года – ‘зима’.

На основании анализа имеющихся источников на языке ТЮ мы составили глоссарий вербализованного субконцепта СНЕЖНОСТЬ. Собранные в глоссарии единицы называют:

(1) признаки: белый, свежий, мокрый, ослепительный, бесконечный, полезный/бесполезный; Так, с одной стороны снег в утилитарной зоне интерпретационного поля необходим для уточнения направления света, а с другой – напр, в загадках снег представлен как бесполезный, который невозможно выпить, поскольку не жидкий, нельзя согреться, потому что холодный, хотя и защищает от метелей и вьюг [Курилов 2007: 90]. Другой пример, снег – известная причина снежной офтальмии (слепоты) у многих арктических народов. Это, когда отраженный солнечный свет, содержащий повышенное количество ультрафиолетовых лучей, попадая в глаза, вызывает ожог сетчатки. Поэтому и у юкагиров довольно много разнообразных наказов (утилитарная зона), запрещающих смотреть на снег без специальных очков или не опустив на глаза опушку шапки [Курилов 2007: 71,75]. То есть предметное ядро субконцепта СНЕЖНОСТЬ харатеризуется набором перцептивных характеристик образа – визуальных, тактильных и слуховым: пойнэ= ‘быть белым’, йэруол= ‘быть неглубоким’, молдэ= ‘стать рыхлым’, перен. ‘сгнить’, эриньэ= ‘быть мокрым’.

(2) слова называют носителей этих признаков, которые могут быть словами или словосочетаниями.

Например, для обозначения снега употребляется лексема эримэ, которая имеет основное значение ‘снег’ и более широкое значение ‘зима’ как время года, характеризующееся наличием снега.

К терминам слоев и частей естественного снежного покрова относятся чаахийэ ‘наст (оленденелая корка на поверхности снежного покрова)’, угудуул ‘снежная целина, глубокий нетронутый снег’, чаwа или ‘сугроб (как отложение снега под воздействием ветра)’, чаwан худуодьэ ‘снежный занос’, эримэн пураҕа ‘верхняя часть снежного покрова’, самнэйдаримэ ‘ровный широкий участок снега’. Сугробы и заносы образуются под воздействием низовых метелей, называемых в ТЮ эримэдэwдийэ ‘снежная пурга, вьюга’.

У слова сиарул более широкий спектр обозначений: оно переводится как ‘град’ для обозначения вида атмосферных осадков, ‘снежинка’, как составляющая массу снега, а также может употребляться для обозначения ‘оледенелого, плотного нижнего слоя снежного покрова над землей’. Снег может выпасть в виде снежного дождя – эримэдиwэ – в летнее и осеннее время.

Снег, лежащий на ветках тальников, называют саадэримэ ‘снег на ветках’ (букв. снег деревьев). Время, в которое происходит оттаивание, и состояние снега в результате воздействия ветром и оттаявания также имеют свои обозначения: эрил ‘время весеннего снега’, йэруойэ ‘место, где снег сдуло ветром’, эримэн лаwйэ ‘лужица на холме после таяния снега’.

Среди обозначений для искусственно сформированной части снежного покрова мы находим термин пуорчиэ ‘снежный заслон у очага от ветра’, производное от пуор ‘правый от входа угол; правая сторона яранги’.

Также имеются названия, связанные с (1) расчисткой снега (эримэдаwйэ ‘лопата для сгребания снега из цельного куска дерева’, эримэгэwрии ‘снегосбиватель из оленьих рогов’), (2) с домашними животными, а именно оленеводством (эримэн чамчэ ‘снежная пыль, поднимающаяся под ногами бегуших оленей’), (3) с фауной в целом (эримэн кичиэ ‘беловатый комар, появляющийся перед комариным сезоном’, эримэн чирэмэдиэ ‘снегирь’).

(3) действия, выполняемые собственно носителями признаков (напр., эримэ эйич ‘снег идет’, эримэ чиха5ач ‘снег скрипит’, эримэ мэ пукирэй ‘снег метёт’  снег может идти, падать хлопьями, скрипеть, ослеплять, защищать и др.) или выполняемые по отношению к этим носителям (напр., өктэ= пробить снежный занос, разгрести снег, провалиться в снег, ньигэдэ= ‘встряхиваться, чтобы сбросить с себя снег (об олене)’). Выводятся действия также из следующих примеров – нельзя оставлять рисунки на снегу (т.е. на снегу рисуют), нельзя есть снег (т.е. снег едят; в ТЮ при этом встречаются такие понятия как эримэ лэwкиэ ‘едок снега’, сирин-йарха-лэwкиэ ‘едок льда у основания яранги’ и др.).

Глоссарий позволил нам выявить основы, обозначающие процесс и результат выпадения снега как атмосферного осадка, интенсивности и объема его выпадения: эйуу= ‘идти, падать (о дожде, снеге)’, лэнмугэ= ‘падать большими, густыми хлопьями’, кэриэ= ‘упасть, свалиться; выпасть’, пукирэ= ‘заметать’, лалwэй= ‘занестись, покрыться (песком, снегом)’ (ср. лалwии= ‘давить; притеснять’), өктэ= ‘проколоть; проложить (дорогу); пробить (снежный занос)’, саwасэ= ‘(раз)делить; распределить; расчистить (снег)’, чирэй= ‘утонуть; провалиться (в снег)’, йара= идти по воде / глубокому снегу’.

Говоря о глаголах, соотносимых со снегом, важно отметить образно-тропеическую парадигму “снег – водное пространство”. Снег и его “гладь” или “волнистость”, создаваемая застругами, отождествляются с водным пространством, о чем свидетельствует применимость одной и той же глагольной основы как к воде, так и снегу (можно сказать тиwэ эйич ‘дождь идет’ или эримэ эйич ‘снег идет’, киилэ чирэйҥи ‘оба утонули / оба провалились в снег’, көнмэльэ мэ йараануҥи ‘остальные идут по воду / остальные идут по глубокому снегу’; эйуу=, чирэй= и йара=). Напр.:

Тиwэ ладьинэҥ эйич, хуодиик читниирэҥ иитнэҥ эйуутэй. ‘Дождь тихо падает (идет), наверное, долго будет идти’ [Курилов 2001: 590]

Эримэлэҥ эйикиэл. ‘Снег пошел’ [Там же: 588]

Киилэ чирэйҥи. ‘Оба утонули=они’ [Там же: 552]

Чирууйир сахсэйнундьэли. ‘Утопая в снегу, падали=они’ [Там же: 424]

Көнмэльэ мэ йараануҥи, энуҕан. ‘Остальные идут по воде, по реке’ [Там же: 115]

Угудуулҕан йараанаайэли. ‘По глубокому снегу стали=они идти’ [Там же: 114]

В ТЮ номинативное поля субконцепта СНЕЖНОСТЬ составляет ряд лексических единиц и их сочетаний.

Лексемы: эримэ ‘снег; зима’, сиарул ‘снежинка; град; наст’, чаwа ‘сугроб (снежный занос)’, чаахийэ ‘наст; ледяная корка на снегу’, угудуул ‘снежная целина, глубокий нетронутый снег’, ньааwэйрукун ‘снег (букв. нечто белое)’, эрил ‘время весеннего снега’, пуорчиэ ‘снежный заслон у очага от ветра’, йэруойэ ‘место, где снег сдуло ветром’.

Словосочетания: самнэйдаримэ ‘ровный широкий участок снега’, эримэдиwэ ‘снежный дождь’, эримэдэwдийэ ‘снежная пурга, вьюга’, саадэримэ ‘снег на ветках’, эримэн пураҕа ‘поверхность снега’, эримэдаwйэ ‘лопата для сгребания снега из цельного куска дерева’, эримэгэwрии ‘снегосбиватель из оленьих рогов’, эримэн чирэмэдиэ ‘снегирь’, эримэн лаwйэ ‘лужица на холме после таяния снега’, чаwан худуодьэ ‘снежный занос’.

Словообразовательные парадигмы, вербализующие субконцепт СНЕЖНОСТЬ, имеют интерес в плане указания на ценностную направленность процесса номинации. Словообразовательные гнезда  осмысливаются как “разные способы хранения ментальных моделей, как “хранилища” неких предельно обобщенных представлений, образов [Крючкова 2003].

Субконцепт СНЕЖНОСТЬ актуализируется в большинстве случаев аффиксами -рэй- и -с-. Аффикс -рэй- обладает видовым значением в соединении в мотивирующей основой. Образуются непереходные глаголы, называющие становление признака или качества, приписываемого другому объекту: эри-рэй= ‘стать мокрым, превратиться в кащицу’, чаwа-рэй= ‘становиться сугробистым, засугробиться’, чаахийэ-рэй= ‘похолодать, намерзнуть’. Каузативный аффикс -с- образует переходные глаголы действия, направленного на объект со значением “сделать что-либо каким-либо” (эримэс= ‘занести/наполнить снегом’, чаахийэс= ‘заморозить’).

Наиболее обширное номинативное пространство формирует словообразовательное гнездо с вершиной эри.

Эри

эри-л сущ. таяние снега, время, превращения снега в кашицу; оттепель

эри-л-дигил-иэ нареч. во время оттепели

эри-ньэ= неперех. быть мокрым (о снеге); быть теплым (об оттепели)

эри-рэй= неперех. стать мокрым, превратиться в кашицу (о снеге)

эри-рэй-н-аа= неперех. начать становиться мокрым, превращаться в кашицу (о снеге)

эри-рэй-нун= неперех. по обыкновению становиться мокрым, превращаться в кашицу (о снеге)

эри-рэй-л и.д. превращение в кашицу (о снеге)

эри-мэ сущ. 1) снег→ эри-л сущ. таяние снега; 2) зима

эримэ-нь= неперех. иметь снег; быть со снегом; быть заснеженным

эримэ-н-чии= неперех. иметь немного снега; быть слегка заснеженным

эримэ-н-тэги= неперех. иметь много снега; быть сильно заснеженным

эримэ-р= неперех. заиметь снег, покрыться снегом, стать заснеженным

эримэ-р-н-аа= неперех. начинать покрываться снегом, начинать становиться заснеженным

эримэ-р-у-л имя действия занесение снегом

эримэ-с= перех. занести/наполнить снегом

эримэ-с-чии= перех. заносить/наполнить снегом многократно / множество объектов

эримэ-с-чии-нун= перех. по обыкновению заносить/наполнить снегом многократно / множество объектов

эримэ-сии-чэ= перех. идти заносить/наполнить снегом

Менее лексически наполнены словообразовательные гнезда с мотивирующими словами чаwа ‘сугроб’, чаахийэ ‘наст’ и пуорчиэ ‘снежный заслон у очага от ветра’.

Чаwа ‘сугроб’

чаwа-рэй= неперех. стать сугробистым, засугробиться

чаwа-рэй-нун= неперех. по обыкновению стать сугробистым, засугробиться

Чаахийэ ‘наст; ледяная корка на снегу’

чаахийэ-рэй= неперех. похолодать, намерзнуть

чаахийэ-рэй-чии= неперех. слегка похолодать, подморозить

чаахийэ-с= перех. заморозить

Пуорчиэ ‘снежный заслон у очага от ветра’

пуорчиэ= перех. 1) сделать снежный заслон у очага от ветра; 2) перен. относиться как к кровно-родственному (не родному) человеку

пуорчиэ-нун= перех. по обыкновению делать снежный заслон у очага от ветра

Наличие производных с аффиксами -рэй- и -с- свидетельствует о восприятии юкагирами снега в первую очередь визуально, поскольку наблюдая за снегом можно спрогнозировать погоду или сориентироваться в пространстве. Это крайне важно, особенно в таких суровых климатических условиях, в которых живут, бытуют юкагиры.

Интерпретационное поле субконцепта СНЕЖНОСТЬ составляют фразеологизмы, наказы, загадки, толкования снов и др. (йуорумурги ньааwэй чаwадиэк ‘его лоб словно белый сугробчик’; угудуулэ йара= ‘привирать’ (букв. ходить по глубокому снегу); увидеть во сне падающий снег – к хорошему; волна снежных заструг лежит острием на южную сторону; нельзя есть снег, иначе болячки вокруг рта появятся; со звезд падают и землю освежают (загадка о снежинке)); нарисовал что-то на снегу или на земле, потом сотри, приговаривая: «Это сделала птичка!» и др.).

Информация ядерной части и интерпретационного поля субконцепта СНЕЖНОСТЬ дает представление не только о перцептивных образах в его структуре, но и когнитивные образы. Если перцептивный образ – результат воспроизведения денотат через органы чувств, то когнитивный показывает связи объема смыслов в структуре концепта с содержаниями других концептов.

В образном компоненте субконцепта СНЕЖНОСТЬ выявляются дифференциальные когнитивные признаки (‘ориентирует в пространстве’, ‘защищает от непогоды’, ‘характеризует кого-что-либо’, ‘предвещает (изменения погоды, хорошего/плохого)’).

Таким образом, выявляется ассоциативно-символический слой рассматриваемого субконцепта, реконструируемый на основе ассоциаций. К положительным традиционным признакам, свойственным народному сознанию относятся:

  • Снег – ориентир (выявление географической локации)
  • Снег – предвестник (изменений в погоде, хорошего/плохого)
  • Снег – защита (он помогает выжить в непогоду, сохранить теплым очаг)
  • Снег – водное пространство (имеет те же характеристики движения, что и вода – глубина, волнистость, мокрое состояние; глаголы движения применяются те же, что и для воды)
  • Снег – радость, обновление, свежесть

Отрицательные признаки актуализируются реже.

  • Снег – нужда (напр., о человек, испытывающем нужду, говорят: словно олененок родившийся на снегу)
  • Снег – бесполезность / бесконечность (загадка)
  • Снег – ложь (падая, снег как бы скрывает под собой все, на земле; отсюда выражение в ТЮ говорить под снегом, ходить по глубокому снегу, т.е. врать, обманывать, говорить неправду)

Несмотря на это, субконцепт СНЕЖНОСТЬ в юкагирской языковой картине мира однозначен, с существенным преобладанием положительной оценки. Снег — это обновление, восторг, эйфория. Я хотела бы представить одну из песен моего отца, носителя культуры и языка тундровых юкагиров – Николая Николаевича Курилова. В ней как никогда мы может прочувствовать состояние, которое охватывает юкагира при звонком скрипе снега под ногами.

 

Литература

Иохельсон В.И. Юкагиры и юкагиризированные тунгусы: монография. – Новосибирск: Наука, 2005б. – 675 с.

Крючкова О.Ю. Когнитивно-дискурсивная парадигма и словообразование // Проблемы вербализации концептов в семантике языка и текста: материалы Междунар. Науч. Конф. Волгоград, 2003. Ч.1. – С. 201-207. Ссылка: https://www.sgu.ru/archive/old.sgu.ru/files/kruchkova_paradigma.docx

Кубрякова Е.С. Роль словообразования в формировании языковой картины мира // Роль человеческого фактора в языке: Язык и картина мира. – М.: Наука, 1988. – С. 141-172.

Курилов Г.Н. Юкагирско-русский словарь. – Новосибирск: Наука, 2001. – 608с.

Курилов Н.Н. Тидаанэ титэ моннунҥи (Раньше так говорили): пословицы, загадки, образные выражения, сравнения. – Якутск: Дани Алмас, 2007. – 152с.

Попова З.Д., Стернин А.И. Общее языкознание. – М.: Парадигма, 2007. – 400 с.

Степанов Ю.С. «Понятие», «концепт», «антиконцепт». Векторные явления в семантике // Концептуальный анализ языка: современные направления исследования: сб. науч. тр. – М., Калуга: Эйдос, 2007. – С. 19-26.

Lakoff G., Johnson M. Metaphors we live by. – Chikago, L.: University of Chikago Press, 1980. – 242 p.

Jackendoff R. Languages of the mind: Essays on Mental Representation. – Cambridge, MA: MIT Press, 1992. – 200 p.