УДК 331.5

В современных социально-экономических условиях, как никогда ранее, становится актуальным вопрос оценки масштабов и отслеживания динамики поведения молодежи на рынке труда. В существующих условиях развития российского общества именно этот сегмент оценивается как наиболее социально и экономически уязвимый в вопросах труда и занятости. В структуре безработных по возрасту наиболее многочисленная группа молодежи (20-29 лет) – почти треть. Согласно данным Росстата по проблемам занятости, молодежь до 25 лет составляет большинство среди безработных – 26,6%, а средний возраст безработных составил 35 лет [6].

Данные социологических исследований в Республике Саха (Якутия), проведенных А.Б. Неустроевой [3], говорят о высокой доле молодежи с доходами ниже величины республиканского прожиточного минимума, 50,8% молодежи имели доходы ниже прожиточного минимума, средний душевой доход  молодежи в республике на момент опроса составил 16280,8 руб. или 1,45 ПМ.

Рис.1. Материальная дифференциация молодежи на основе субъективной оценки

Слой «неимущих» и «бедных» молодых людей с самыми низкими показателями социального самочувствия по итогам исследования составил 17,6%. Для «неимущих» (2,7% или 32 человека) был характерен наиболее низкий уровень текущего потребления, ограничение себя даже в еде и полное отсутствие средств для улучшения своего существования. Средний фактический доход респондентов, оценивших собственное материальное положение, как «неимущие», составил 8607 руб., что составило 0,76ПМ. Если же анализировать медианный доход данной группы, который является более точным показателем, то он был еще меньше и составил 6000 руб. или 0,53ПМ.

Доля субъективно «бедной» молодежи в исследовании составила 14,9% или 193 человек. Денег данной группы хватало только на еду и другие повседневные затраты, а покупка одежды уже вызывала большие затруднения. В исследовании средние фактические доходы данной группы составили 10380 руб. или 0,92ПМ, медианные доходы составили 8000 руб. или 0,71ПМ.

Доходы субъективно «малообеспеченной» молодежи хватали на повседневные затраты, однако затруднительным является покупка вещей длительного пользования, в исследовании данный слой составил 28,9% или 375 человек. Средние доходы малообеспеченной молодежи составили 13025 руб. или 1,16ПМ, медианные доходы были равны 10000 руб. или 0,89ПМ. «Малообеспеченная» молодежь находится в области социального риска и при незначительных ухудшениях экономической ситуации может максимально приблизиться по уровню жизни к «бедным» и «неимущим».

Наиболее многочисленной в нашем исследовании была группа «обеспеченной» молодежи, составившая 45% от всех респондентов или 513 человек. Данная группа имеет приемлемый уровень жизни, в основном, доходов хватает на средний уровень жизни, однако для покупки дорогостоящих предметов (например, недвижимости) нужно было брать в долг, либо пользоваться кредитом. Средние фактические доходы обеспеченной молодежи в опросе составили 19135 руб. или 1,7ПМ, медианные доходы были равны 15000 руб. или 1,34ПМ.

Самый верхний слой объединяет наиболее успешных «состоятельных» молодых людей (8,5% или 89 человек), которые могли себе позволить себе высокий уровень жизни. Средние фактические доходы состоятельной молодежи были равны 31106 руб. или 2,77ПМ, в то же время медианный доход был не таким высоким и составил 16000 руб. или 1,42ПМ.

Молодые люди могут считать себя бедными, а по уровню доходов ими не являться, и наоборот. Более 34% молодежи с доходами ниже ПМ считали, что они «обеспеченные» и «состоятельные». В группе молодежи с фактическими доходами выше прожиточного минимума 17,7% отнесли себя к «неимущим» и «бедным».

Увеличение доли малообеспеченной молодежи происходило за счет сельских респондентов (рис. 2). Если сравнивать самооценки материального положения городской и сельской молодежи, то среди сельских представителей молодого поколения была выше доля оценивавших собственное экономическое положение, как «неимущие», «бедные» и «малообеспеченные», а среди городских – «обеспеченных» и «состоятельных».

Рис. 2. Распределение молодежи в зависимости от оценки ими материального положения и места жительства

в Республике Саха (Якутия) происходит общий прирост численности экономически активного населения, сокращение общей численности безработицы граждан в возрасте 15-72 лет, также наблюдается снижение молодежной безработицы. Однако стоит заметить, что сокращение молодежной безработицы идет в разрез с сокращением общей численности граждан молодежного возраста, отток молодежи замечается как в городах, так и в сельской местности. Для Якутии, где очень высок удельный вес сельского населения, проблема сельской занятости имеет особую актуальность.

Базовым инструментом для реализации содействия занятости в молодежи является Закон РС(Я) «О Государственной молодёжной политике в Республике Саха (Якутия)», который был принят в 1998 году [1]. С тех пор в законодательный акт шесть раз вносились изменения, что говорит о живом, меняющемся в зависимости от требований времени, характере этого нормативного акта. Для реализации закона в республике был создан отдельный исполнительный орган государственной власти – Министерство по делам молодежи и семейной политике. По его инициативе на 2014-2019 годы была принята программа по реализации семейной, демографической и молодёжной политики с общим объемом финансирования более 1,5 миллиардов рублей.

Однако, эффективной реализации данного регионального закона препятствует отсутствие широкого понятийного аппарата, который должен быть прописан на федеральном уровне. Размыто понятие «специалист по работе с молодёжью», у 78 субъектов Российской Федерации, принявших закон о молодежной политике, свой подход к этому.

Возьмем «молодых специалистов». Этого понятия в проектах федеральных законов нет. Хотя оно тоже должно быть, причем с указанием возрастных критериев, чтобы не было юридических казусов, и права молодежи не ущемлялись. Если в крупной алмазодобывающей компании «АЛРОСА» понятие «молодой специалист» закреплено в коллективном договоре и других локальных нормативных актах, что «влечет» за собою оплату «подъемных», стажировок, курсов повышения квалификации, возмещение средств за детские сады, то в других предприятиях из-за отсутствия федерального закона этой категории молодежи социальная поддержка не оказывается. Не имея четкого возрастного ценза, в одном предприятии молодыми специалистами считаются люди до 30 лет, в другом до 35-ти.

Несмотря на целенаправленную работу органов власти республики по подготовке, привлечению и закреплению местных кадров в промышленных предприятиях Якутии, кардинальных сдвигов нет. Принят целый ряд постановлений Правительства по этой части. Эти документы содержат, в том числе, поручения и рекомендации в адрес промышленных предприятий.

Самый эффективный выход из положения состоит в изменении республиканского законодательства. После окончания обучения у местной молодежи должна быть поддержка со стороны производства. В лицензионном договоре каждой компании, ведущей деятельность в Якутии, должен быть оговорен пункт о том, что определенный процент сотрудников составляется из местного населения. Работа над этим вопросом идет с 1991 года, но подвижек нет. Государственное Собрание (Ил Тумэн) РС(Я) не может продвинуть законопроект из-за протеста прокуратуры. Оказалось, что такая инициатива противоречит федеральному закону. Республика, имея собственное законодательное учреждение, не может принять никаких мер для закрепления права местной молодежи на трудоустройство на промышленных предприятиях.

В целом результаты социологических исследований говорят о том, что молодежь Республики Саха (Якутия) можно охарактеризовать как активную, целеустремленную, мотивированную на образование и труд и готовность учитывать требования рынка труда, придерживающейся здорового образа жизни. К сожалению, исследователи были выявлены такие тревожные настроения в молодежной среде, как чувство неуверенности, нестабильности, незащищенности и социальной несправедливости. Большинство молодых людей сталкивалось с множественными проблемами в своей жизни среди которых на первом месте стояли бедность и недостаток денег, проблемы с работой, жилищные проблемы и т.д., и несмотря на то, что они прилагали огромные усилия к самостоятельному их решению, совершенно очевидно, что результаты зависели от общей социально-экономической ситуации и политики, проводимой государством. Только целенаправленное систематическое участие государства и всех ветвей власти в жизни молодого поколения сможет разрешить перечисленные проблемы молодежи.

Литература

  1. Закон Республики Саха (Якутия) от 03.12.1998 З N 49-II «О государственной молодежной политике в Республике Саха (Якутия)» (принят постановлением ПП ГС (Ил Тумэн) РС(Я) от 08.12.1998 З N 50-II). [Электронный ресурс]: http://base.garant.ru/10164333/1/ (дата обращения: 3.05.17)
  2. Обследование населения по проблемам занятотси в Республике Саха (Якутия) (обследование рабочей силы) за январь-сентябрь 2016 года. Якутск, 2016
  3. Гаврильева, Т.Н. Структура занятости в поселениях Республики Саха (Якутия) по типологии Фишера-Кларка// АРКТИКА XXI век. Гуманитарные науки. 2016. No 1(7). С. 19-20.
  4. Неустроева, А.Б. Социально-экономическое положение молодежи в Республике Саха (Якутия): социологический анализ // Арктика XXI век. Гуманитарные науки . 2014. №2 (3) С.37-48.
  5. Труд и занятость в России. 2015: Стат. сб./ Росстат. M., 2015. – 274 c. Режим доступа: http://www.gks.ru/free_doc/doc_2015/trud15.pdf (дата обращения: 14.04.2017)